Разве что донесут местные видевшие наше приземление.

Первое что меня поразило, общая теснота коридоров. Разминуться можно было только если вжиматься в стены, или отходить на перекрестках в сторону. Хоть боком не нужно протискиваться — уже плюс. Но зато понятно почему во флот не набирали высоченных гвардейцев-гренадеров. Однако меня беспокоил один вопрос, который я тут же задал, стоило нам оказаться в более-менее просторном помещении.

— Как штурмовые группы берут такие суда? Тут же резонансный доспех только боком пройти сможет? — удивленно спросил я, оглядывая высокую, словно вытянутый стакан, кают-компанию. Стулья, прикрученные к стенам, потолки из решеток, позволяющие общаться людям на разных уровнях, столы-торбы с кучей ящиков. Все максимально компактно.

— Корабли младше крейсерского класса на абордаж не берут. Обычно. — прокомментировал Погоняйло. — Офицерскому составу — собраться в главной кают-компании. Второй уровень, коридоры А2 и Б2.

— Это просто не выгодно. — уточнил стоящий рядом с ним Николай. — У малых судов почти нет бронирования. Снять щиты — дело пары удачных попаданий, затем идет маневровый бой и если двигатели или гандолы повреждены — малым судам приходится выходить из строя. Другое дело — крейсера или тяжелые артиллерийские суда. Но по сравнению с нашим перехватчиком они почти не двигаются.

— А им и не надо. — усмехнувшись сказал Погоняйло. — Броня хватает выдержать прямое попадание ста восьмидесяти миллиметрового фугасного снаряда. Батареи ПСО разбирают всю мелочь, включая такие суденышки как наше, а орудия второго эшелона убирают с поля боя менее маневренные, но при этом лучше защищенные суда. И вот такие суда и в самом деле приходится брать штурмом.

— И все рано, вопрос о том, как в таких коридорах можно двигаться. — покачав головой проговорил я.

— Бочком. — ответили мне из ближайшего коридора, а затем в кают-компанию ввалился Таран, в полном боевом облачении. — А на перекрестках я даже нормально стоять могу.

— Какого черта вы сюда в броне приперлись?! — заорал Погоняйло. — Что за бардак, юнга?

— Этот юнга — наш глава штурмовой группы. — осадил я кап-два. — Так что пусть осваивается. А то, не ровен час, понадобится, а мы даже не знаем как. Молодец Таран, мне тоже надо побегать по кораблю, понять, где и что.

— Многие палубы не предназначены для хождения на них тяжелых доспехов. — предупредил Николая, глядя на раскрасневшегося капитана. — К тому же переборки легко защитят от любой угрозы не способной пробиться через восьмимиллиметровую сталь. Нет смысла тренировать здесь штурмовые роты.

— Так у нас роты и нет, два взвода. — ответил бурят, пожав плечами, и тут же, с глухим звоном, задев стену. — К слову, поздравляю вас, ваше благородие, с обретением собственных земель.