И человек этот такой неприятный…

— Человек? Какой человек? — насторожился дядя Вася.

— Который мешки с мусором выносил…

— Ну-ка, расскажите мне — что за человек, что за мешки?..

— Почти сразу, как эта машина здесь остановилась, выбрался из нее человек, открыл багажник, достал оттуда два больших белых пакета и отнес вон в тот мусорный бак, — лоточник показал железный бак на другой стороне улицы.

Мы с дядей Васей переглянулись.

— А как этот человек выглядел? Почему он показался вам неприятным?

— Так ведь правда очень неприятный… шрам на щеке, и сам мрачный такой…

— Ладно, большое спасибо! — Дядя Вася шагнул в сторону. — Вы нам очень помогли!

— Может, все же купите книжку? — бросил вслед ему лоточник. — Вот новый роман Неспанского — «Пингвин-потрошитель»… отличная вещь! Гибрид хоррора и дамского романа!

— Как-нибудь в другой раз… ну, ладно, давайте газету — вот эту, которая потолще!..

Василий Макарович сунул продавцу деньги, взял с лотка самую толстую газету и устремился через дорогу к мусорному баку, на который показал лоточник.

— Что вы хотите делать? — удивленно спросила я, когда он подошел к баку и откинул крышку. — Неужели?..

— Именно, тезка! — Он снял пальто, подал его мне и закатал рукава. — Ты не представляешь, сколько преступлений было раскрыто благодаря тщательному изучению содержимого помойки! Ты пока расстели газету, не зря же я ее купил…

Я разложила газетные листы на тротуаре, а дядя Вася под изумленными взглядами прохожих полез в мусорный бак.

Проходившая мимо старушка перекрестилась и бросила на газету двадцать копеек. Следовавший за ней толстый мужчина в дубленке повернулся к своему спутнику, тщедушному типу с козлиной бородкой, и произнес хорошо поставленным басом:

— Видите, Иннокентий Романович, до чего довели народ! Приличный человек роется в помойке!

Тут дядя Вася вынырнул из бака с большим белым полиэтиленовым мешком в руках. Он высыпал содержимое мешка на газеты и велел мне:

— Разбери пока это, а я за вторым полез!

С этими словами он снова нырнул в мусорный контейнер.

А я тяжело вздохнула и склонилась над рассыпанным мусором.

К счастью, здесь не было пищевых отходов и других неприятных предметов — в основном на газете валялись обрывки упаковочной бумаги, смятые картонные коробки, скомканный скотч, комки серой ваты и пустые пакеты. Попались также две жестяные банки из-под пива. Ничего более интересного я не увидела и не понимала, для чего дядя Вася пристроил меня к этому сомнительному занятию.

Больше всего мои действия напоминали археологические раскопки.