А до той стороны острова мне никогда не удавалось добраться: то вы под ногами крутились, то вампы, то Керу некогда… так ты покажешь?»

Оборотень шумно втянул ноздрями воздух.

«Конечно. Скольких из нас ты хочешь взять?»

«Тебя. Зачем мне больше?» — удивилась Айра.

Он недоверчиво сощурился.

«Ты уверена? Хорошо, — по могучему телу виара пробежала непонятная дрожь. — Стая останется здесь. Нас никто не потревожит».

Волчица пожала плечами и, махнув хвостом, двинулась следом за вторым вожаком, провожаемая разочарованными и завистливыми взглядами оставшихся.

Следовать за ними стая не осмелилась — порой слово самки значило даже больше, чем слово вожака, поэтому они лишь повздыхали, погоревали, а потом разбрелись по лесу, обсуждая, чем бы сегодня насолить закончившим занятие вампам.

Когда поляна скрылась из виду, а Керг придержал бег и поравнялся, Айра не придала этому особого значения — была слишком озадачена поведением наставника. Поэтому то задерживалась на мгновение, то бежала быстрее, смутно дивясь тому, как легко в волчьем теле сменяют друг друга эмоции и как они заметно отличаются от тех, что испытываешь, будучи человеком. Наконец она заметила, что виар в точности повторяет ее действия, и недовольно покосилась.

«Пытаюсь идти рядом», — пожал плечами Керг.

«Так иди как хочешь, а я догоню. Или ты догонишь, если я уйду вперед. Что ты как привязанный?»

«Сразу видно, что ты в первый раз… Айра, когда волчица идет позади, это значит, что она полностью приняла и охотно подчиняется выбранному ею самцу. Если вперед пойду я, то стая может решить, что ты… э-э… ко мне благосклонна и готова позволить к себе… гм, прикоснуться».

Она изумленно застыла.

Он неловко кашлянул.

«Это значит, что ты… ну, заигрываешь. Особенно если побежишь так, чтобы я смог догнать. Но поскольку ты, насколько я понял, к этому не готова, то я стараюсь соблюдать приличия и держаться так, чтобы никого не вводить в заблуждение. Не то Борже мне потом холку намнет и хвост откусит, попутно отучая от возможного разврата».

«Спятить можно! — волчица оторопело села. — Это что, всегда так?!»

«Мне что, теперь ни к кому спиной нельзя поворачиваться?!»

«Можно. Но не тогда, когда остаешься с кем-то наедине и получаешь однозначные знаки внимания».

«Какие еще знаки?» — с нескрываемым подозрением воззрилась Айра.

Вместо ответа Керг подошел ближе и очень осторожно коснулся носом кончика ее уха.

«Вот так, — он легонько потерся подбородком о ее шею, вызвав непроизвольную дрожь. — И вот так. Или если я встану боком, коснувшись твоего уха губами…»

Айра беспокойно отодвинулась, чтобы он не вздумал демонстрировать еще и это. Потому что древние инстинкты действительно забушевали в ней с неодолимой силой.