Не знаю, откуда у меня берутся силы, но я скидываю с себя его руки и бью кулаком в грудь.

- Ты что творишь?! Что за истерика?!

- Отойди от меня!

- Успокойся, Ра-я, - нависнув надо мной, упирается руками в стену.

Мне неприятно. Стоять с ним рядом, говорить с ним… даже смотреть на него не хочу! Поэтому, обняв свои плечи, демонстративно отворачиваюсь в сторону и вдруг замечаю стоящего неподалеку от нас Рому.

А он здесь зачем?..

- Посмотри на меня, - просит Герман напряженным голосом.

- Не хочу…

- Ра-я, давай ты не будешь мне делать нервы, а пойдешь ко мне и будешь меня там ждать.

- Я не пойду к тебе, - сиплю в ответ.

- Пойдешь, как миленькая, - подцепляет мой подбородок пальцами и заглядывает в глаза, - ты все еще у меня работаешь, и сегодня у тебя смена.

Меня захлестывает обидой. В носу начинает щипать, и я с ужасом понимаю, что еще немного, и позорно разревусь перед ним и его другом.

- Ты ждешь меня в моей квартире. Я приду вечером, и мы все спокойно обсудим. Поняла?

Чтобы сдержать подкатывающую истерику, начинаю грызть нижнюю губу.

- Ты поняла меня? – вкрадчиво повторяет Герман.

- Поняла, - выдавливаю глухо, ныряю под его рукой и, даже не глянув на Баталова, стремительно ухожу обратно.

Только оказавшись в его квартире, я вдруг понимаю, что как послушная девочка сделала все так, как он и требовал.

Зачем я пришла сюда?! Я совсем идиотка?

Прижав руку к груди, туда, где противно ноет, обхожу его жилище. Ну, нет… Продолжать этот фарс я не собираюсь. У него есть, кому здесь мыть.

Ждать, когда он соизволит прийти и поговорить со мной, я тоже не намерена.

Хватит. Я играю вслепую. Не зная ни правил, ни стратегии игры. Это, черт возьми, нечестно!

Остановившись у полки с кубками за спортивные достижения, судорожно ищу выход из сложившейся ситуации.

Что делать? Впереди летние каникулы, и я думала, мы вместе решим, как и где я их проведу. Сейчас ничего обсуждать я с ним не хочу, я хочу все бросить и уехать домой в деревню.

Звук входящего сообщения на телефон прерывает мои размышления.

«Ну, что, убедилась? Я тебя предупреждал. Он тебя стыдится»

Послание Ромы как последняя капля. Чаша терпения с грохотом опрокидывается и топит меня всепоглощающей яростью. Не отдавая отчета в собственных действиях, хватаю первое, что попадается под руку, разворачиваюсь и бросаю в висящую на стене огромную плазму.

Кубок прилетает ровно в центр и, оставив после себя внушительную вмятину в экране, со звоном падает на паркет.

Меня это не остужает. Наоборот, заводит еще сильнее. Но, с трудом взяв себя в руки, я подавляю порыв крушить все вокруг и решительно иду на выход.

Во мне бурлит коктейль из злости, обиды и разочарования в самой себе.

Дура я конченная. Дурой была, дурой и осталась. Думала, в сказку попала и Золушкой себя возомнила.

Глава 18.