Чорт, надо же было так подставиться… ну, не люблю я историю, и в школе больше тройки не имела!

— Ничего, я потом расскажу — похлопал ее по плечу Альба — Ладно, пойдем и мы тоже.

Зачищать оказалось особо некого — все и выскочили, в жилых вагончиках никого не было, и в контейнере для начальства — тоже. А вот у контейнера склада, под навесом… Даша напряглась, еще не понимая толком — только потом сообразила, после — что именно насторожило — груда костей. Но это все рассмотрела уже потом — а тогда мозг сжался в комочек, страхом подавая сигнал всему телу — опасность!

— Осторожней! Назад! — И Даша сама отскочила к остальным, шаря стволом по сторонам — Тут мутант!

Заскрежетало по железу, на крыше контейнера возникла фигура, и прыгнула.

Даша даже разочарованно хмыкнула — не, не самое страшное, видала и хуже. Экий недокормыш, просто здоровый такой, не монстр ниразу… но остальные так не думали. Альба вдруг выучил японский, ибо выражаться стал точно как Асакура давеча. А тот и вовсе перешел на русский, теперь уж без сомнений. Но все же испуг-испугом, а три автомата — это три автомата.

Товарищи Калашников, Дегтярев и Шпагин хором исполнили стаккато «Вы жертвою пали в борьбе роковой». Приземлившийся метрах в пяти от них прыгун покачнулся, и, постояв нелепо секунду, трясясь под ударами пуль, опрокинувшись, завалился на землю. Даша судорожно сменила магазин, и всадила еще одну короткую очередь, прицельно, в голову. Все.

…— Крайне высокая результативность огня. Крайне. — Альба был невозмутим, как сенбернар — из двадцати (половина новехоньких!) бензопил — застрелить четырнадцать практически насмерть — за три секунды — это или везение — но мы отвергаем всяческое мракобесие и фатализм, или — четкий расчет, верный глаз, крепкая рука и не-ве-ро-ятный профессионализм.

Между прочим — чуть левее все забито всякими ватниками и старыми валенками. А правее — пустыми канистрами и прочим хламом.

— Ну… ладно… и что осталось — годится. Бензопила штука полезная. — как-то пыталась сгладить Даша, глядя, как Асакура носится вокруг туши мутанта, словно эрдельтерьер вокруг медведя, матерясь и пинаясь.

— Да ладно.

Все равно и не думали же об этом, главное — машины целы, это главное — пыталась урезонить его Даша.

— Да я его… — тут он снова перешел на свой японский, решила Даша. Наверное, рассказывает, как должен был пройти поединок с мутантом по кодексу буси-до.

Он уже намеревался отработать на туше приемы рубки мечом, но Даша заметила, что, поскольку вроде как — такое тут редкость — надо бы притащить в поселок и сдать военным. Альба в принципе согласился, сказав, правда, что придется повозиться.