Этот прыщ московский не отстанет, лучше разобраться сейчас. Пациентов с лейкозом исцелил, остальные могут подождать – ничего опасного. Мне еще Вику из Боровлян везти. Будем надеяться, что дорогу почистили.

— Через час устроит?

— Ждем, — сказал он и положил трубку.

Ровно через час я вошел в кабинет Хилькевича. В нем плавал дым. Родин сидел за столом хозяина и курил, пуская дым к потолку. Вот же хам! Сел в чужом кабинете, согнал с места хозяина – Хилькевич обнаружился на стуле в уголке и тоже смолит. Что-то раньше я за ним такого не замечал.

— Наконец-то! — отреагировал на мое появление Роднин и загасил сигарету в пепельнице, полной окурков. — Присаживайтесь, Михаил Иванович! — он указал на стул.

— Так, — он придвинул к себе лежавший на столе блокнот и достал из кармана авторучку. — У меня к вам будет несколько вопросов. Первый. Перечислите болезни, от которых исцеляете.

— Не городите ерунды, Михаил Иванович, — сморщился он. — Я ведь не спрашиваю, кого и от какой болезни вы исцелили. Просто перечень.

— Так, — он положил на стол авторучку. — Не желаете сотрудничать с органами?

— Непонятен ваш интерес ко мне. Законов СССР не нарушаю, лечу деток. При чем тут КГБ, да еще Первое управление?

— Объясню, — кивнул он. — Слух о вашей целительской деятельности разошелся за пределами страны. Иностранцы, в том числе из капиталистических стран, проявляют интерес. Выражают желание получить от вас помощь, готовы заплатить. В связи с этим есть мнение организовать процесс надлежащим образом. Вы будете исцелять, страна получать нужную ей валюту.

Так я поверил про страну! Генералы КГБ решили нарубить баксов, пока есть возможность. СССР трещит по швам, наиболее умные чины ищут запасные аэродромы. В той жизни у меня был знакомый – работал слесарем на тракторном. Заочно учился на юриста. После третьего курса его пригласили на службу в КГБ. Интеллектом знакомый не блистал, но зато рабочий и член КПСС – подходящая биография. Много лет спустя я встретил его в подземном переходе. Постаревшего, одетого в потертую одежду.

— Выперли на пенсию, — пояснил знакомый. — А ее едва хватает. В то же время некоторые… — он оглянулся и зашептал мне на ухо. — Еще при СССР присмотрели себе лакомые куски, что-то приватизировали, где-то акционерами стали. Живут и беды не знают. Меня к этому не подпустили. Эх! — он махнул рукой и ушел, не оборачиваясь.

Так что не надо про страну…

— А что получу я? — спросил Родина.

— Достойную зарплату, уважение и признание государства. Наградами не обойдем. Вы их заслужили.

Точно на свой интерес нацелились. Даже валютой поделиться не обещают.

— Ты работай, дурачок, мы дадим тебе значок?

— Как-то странно вы себя ведете, — нахмурился он. — Не по-советски.