Обсудили… Поговорили «по душам» так, что снова вернулись к тому, с чего начали.

Испытываю облегчение, когда за несколько зданий до «Night games» замечаю чёрный Range Rover Халка.

— Кассандра, пересаживайся в ту машину, — прошу её сразу, как только тормозим в слепой зоне.

— А шлем? — встав передо мной, стучит пальцем по нему, думая, что забыл его снять.

За тёмным стеклом не видно ни её глаз, ни выражения лица, но почему-то уверен, что над её бровями сейчас появились те самые точки. Думает, я издеваюсь над ней, но, когда видит, что я тоже остаюсь в своей экипировке, смиренно лезет на заднее сиденье. Под рёбрами начинает скрести хреновое и, к моему несчастью, легко узнаваемое чувство, когда я вспоминаю, что она в мокрых кедах. Надеюсь, мне удастся быстро уладить дела с этим торчком.

Сажусь вперёд и, пожав другу руку, снимаю свой шлем.

— Халк, как видишь, я не один. Спрячь её в какой-нибудь подсобке, пока я улажу всё с Мэддоком.

— А ему можно доверять? — встревоженно спрашивает наша любопытная пассажирка, тыча пальцем в водителя. — Он же был там, в автобусе. Я его помню.

— Халк? — Она бросает насмешливый взгляд на мужика за рулём.

— Я рад, что это всё, что тебя заинтересовало, — вздохнув, снова обращаюсь к приятелю: — Дай мне ствол. Свой я не взял.

Он вручает мне свой Кольт, и я вспоминаю ещё кое о чём:

— Обижаешь, — басит Халк и достаёт из-под сиденья целый органайзер с ножами разных размеров.

— Выбирай любой, — предлагаю будничным тоном Кассандре, как будто протягиваю ей не холодное оружие, а пакет с конфетами.

В пору бы шуткануть на эту тему, но вовремя умолкаю при виде её негодующего взгляда, который прожигает меня насквозь своим осуждением. Помедлив, она всё-таки берёт один из ножей, а после демонстративно отворачивается к боковому окну, подытоживая наш толком не состоявшийся разговор.

— Какие л-ю-ю-ди! — тянет Мэддок при моём появлении в VIP-ложе на втором этаже.

Он сидит на диване в окружении четырёх местных давалок, одна из которых мне приветственно подмигивает. Кажется, несколько недель назад у нас был с ней быстрый перепих, точно не помню. Мне нет нужды запоминать их лица, потому что, как правило, я довольствуюсь видом сзади. Никаких назойливых разговоров, прелюдий и поцелуев. Эти продажные суки не стоят того, чтобы тратить на них много времени. Укоренившийся во мне цинизм имеет весомый плюс: я стал гораздо проще относиться к подобным вещам. Раз дают, надо брать.

Размахнув перед собой приторно-травянистый дым марихуаны, сажусь напротив Робертса-младшего, упирая локти в колени. Моя напряжённая поза должна ему ясно дать понять, что я здесь не намерен задерживаться.

— Я за тобой, отец попросил доставить тебя домой.

На это придурок начинает истерично хохотать. Терпеливо отсчитываю про себя пять секунд.