Дети сами собой не появляются. Видно же, что девочка родилась в законном браке, иначе не носила бы напоказ печать рода.

Пометавшись по дому, который и впрямь представлял собой единый артефакт, я вернулась в тело и сделала вид, что проснулась. Села в кровати, поправила измятое платье и вздохнула.

– Вы позволите, госпожа? – Сердце из груди чуть не выпрыгнуло, когда в шаге от меня раздался незнакомый голос.

– Что? П-позволю… – Я оторопело уставилась на женщину средних лет в униформе служанки.

– Помочь вам, конечно. – Она добродушно улыбнулась. – Хозяин распорядился подготовить для вас ванную и сменную одежду, чтобы переодеться.

Ваши вещи я заберу, приведу в порядок и верну. Идемте со мной, не бойтесь.

Кивнув, я спустилась с кровати, сунула ноги в тапочки, подготовленные специально для меня. Вряд ли князь носил розовую обувку с меховой опушкой и помпонами. Спальня совмещалась с кабинетом, уютной гостиной и ванной. Однако проходы замаскировали декором таким образом, чтобы они не бросались в глаза. Размером ванная не уступала комнате в общежитии, а уж по роскоши и наличию непонятных устройств превосходила все, что я прежде видела.

Женщина оказалась права, я бы нескоро разобралась, что тут и как работает.

Горячая вода, что сама течет из крана, душистая пена, мраморное ложе, косметические средства в хрустальных флакончиках – все это часть повседневной жизни высшей аристократии. И недостижимая роскошь, о которой я даже не подозревала. В моем невольном путешествии в другой мир, вода также текла из крана и встречалось множество других удивительных вещей. Но это не шло ни в какое сравнение с этим великолепием, которое я уже не забуду. Самое печальное, что посреди непозволительной роскоши я чувствовала себя абсолютно чужой.

Испытывала ли я зависть? Только отчасти, ведь я помнила счастливые годы в Демьяново рядом с приемными родителями. Не место делает нас счастливыми и не богатства, а любящие люди рядом. Когда родителей не стало, а ведьма потихоньку захватила власть над жителями деревеньки, я сбежала оттуда и не планировала возвращаться.

Может, мое пребывание в этом доме связано с семьей, что меня бросила? Канцлер задавал наводящие вопросы, но я в тот момент не придала им значения. Видимо, зря.

Платье, что служанка приготовила взамен гимназического, вызвало только восхищенные вздохи. Я в нерешительности потрогала ткань насыщенного зеленого цвета. Шелковистая на ощупь, мягкая, приятная к телу и непозволительно дорогая. Родители не бедствовали и старались дать лучшее. У меня были красивые наряды, но это… это ведь повседневное платье, и в то же время элегантное и удивительно подходящее к моим глазам. Облачиться в такое не выйдет самостоятельно, лишь с помощью горничной, что для аристократок не проблема.