Папуля отдал твою диктофонную запись нужным людям, но эти люди все-таки хотят пообщаться с тобой лично».

На этой оптимистичной ноте виртуальное общение пришлось прервать: вернулся Денис. Я поспешила вырубить компьютер и пошла открывать дверь и принимать аптечные дары.

– Вот, держи! – Хмурый миленок сунул в мою руку квадратную коробочку.

– Можно, я пройду в ванную? – кротко спросила я.

Отказать мне в этой резонной просьбе было невозможно. Денис молча отодвинулся, пропуская меня в коридор.

– Свобода! – Я потянулась и пошла в ванную.

– Относительная свобода! – напомнил Денис.

Я обернулась, с намеком взглянула на дверь, сомнительным украшением которой служил грубый навесной замок, и самым невинным тоном поинтересовалась:

– Ты замочек специально для меня приспособил или других барышень тоже запираешь, как канареек?

– У меня нет никаких других барышень!

Я продолжала мило улыбаться и выжидательно хлопать ресницами, давая понять, что сказанное – это не ответ на мой вопрос.

– Замок я привесил для Барклая, – неохотно признался милый. – Когда приходят курящие гости, я его запираю.

– Оберегаешь собачку от никотинозависимости? – полюбопытствовала я, задержавшись на пороге ванной.

– От свободного падения с восьмого этажа! – Денис криво усмехнулся. – У Барклахи есть дурацкая привычка прыгать грудью на перила с риском кувыркнуться вниз. Я не пускаю его на балкон, а гости то и дело бегают туда курить, в суете за псом не уследишь, вот и приходится его запирать в другой комнате.

Я поспешно опустила глаза, чтобы Денис не сумел заметить их выражение и расшифровать его значение. Я ощутила всплеск радостной надежды, но не собиралась делиться своими эмоциями с милым тюремщиком.

Я придумала, как сбежать из заточения!

– Ты не поможешь мне, милый? После душа я хотела бы прилечь, но не сумею развернуть диванчик, – просительно проворковала я.

– Само собой, – буркнул Денис и вошел в мою персональную камеру.

Я посильнее открыла воду. Тугая струя ударила в дно ванны, и та загудела, как колокол. За этим шумом Денис не мог услышать мои тихие шаги, а я выскользнула из ванной и заглянула в комнату, отведенную гостеприимным хозяином для содержания бедной узницы. Увиденное меня успокоило.

Денис уже развернул во всю длину складной диванчик, накрыл его свежей простыней и теперь старательно и сосредоточенно вдевал в пододеяльник покрывало. Постельная принадлежность была знакомого формата, и я мысленно вознесла хвалу работникам фабрики «Снежинка». Впредь не буду предавать анафеме производителей герметичного белья! Денис потеряет немало времени, пытаясь разместить покрывало в труднодоступном пододеяльниковом нутре!

Тихо, как мышка, я проскользнула в гостиную, закрыв дверь перед самым носом Барклая.