Вон, хоть ту, что на картине, — отец указал на полотно с изображением объемной женщины, умолчав, что это одна из их прародительниц.

— Да все у нас нормально… — начал было Лос.

— Цыц, — отец стукнул по столу, — вы не должны бояться! Это женское дело. Чтобы зверь стал жестким, нужно его подстегнуть.

— Мы все это знаем, отец…

— Цыц, — прикрикнул второй, — мотай на чуб и не перебивай!

— Если зверь не хочет работать, заставь его, — грозно продолжает старший, — не бойся взять его рукой и хорошенько встряхнуть. Женщина должна видеть вас сильными, жесткими…

— Затем, — продолжает протяжно третий отец, — направляешь зверя женщине между ног, проталкиваешь и там изливаешься. Потом ты, — указывает на второго Лоса, — проталкиваешь и изливаешься, затем ты, — тычет в младшего. — Все ясно?

— Да, отец, — Лосы ответили одновременно, а тем временем разговаривали между собой мысленно, лишь бы не чувствовать себя неловко.

— Я только подумаю о ней, у меня уже бугор… А они тут «подстегнуть»…

— Поскорее бы остаться с ней наедине и засунуть зверя ей в рот.

— Молчи, штаны порвешь, — в мыслях смеются, пока отцы продолжают выдавать советы.

— Трое за одну ночь, — поучает старший Багарт, — и потом пять меев ее не трогаете, пока не заживет. Ясно?

— Пять дней? — Лосы озадачились.

— Может повезёт и меньше ждать придётся, — мысленно рассуждает первый Лос.

— Потерпим, не проблема, — второй говорит уверенно.

— В рот Талья пустит, так что переживем. Она же и в другую дырочку хотела…

— Молчи, Лайт, лучше молчи…

— У меня тоже дубовый уже… Как только подумаю о ней, так сразу. Иногда хочется самому рукой погонять, как она научила, но я сдерживаюсь… Ты, кстати, меня Лайтом назвал, как Талья говорит.

— Точно. И сам не заметил.

— … и тогда дети родятся. Поняли? — отцы все это время плели свое, Лосы напряглись лишь на последнем, но переспрашивать не стали, зная, что их женщина подкована во всех вопросах и наверняка многое знает о том, как делаются дети.

Вниз с Алисией спустились уже будучи подругами, нас связала общая тайна, частично схожее прошлое. Я прониклась к этой женщине симпатией и почувствовала такие же эмоции в ответ.

Спускаясь по лестнице, мы услышали звон девичьих голосов, Алисия восторженно ахнула и ускорила шаг. Я последовала ее примеру и едва не сорвалась на бег, чтобы поскорее оказаться около своих мужчин. В гостиной глазам открылась отвратительно пугающая картина. Мои внутренности сжались, а сердце изменило ровный ход.

Три прекрасных Лоса стоят в компании троих пышногрудых девиц. Нахальные женские руки тянутся к моим красавцам, трогают их одежду, пощипывают за щеки. Мне захотелось стукнуть по рукам каждую, желательно грубой плеткой, чтобы они не смели трогать мое.