– Думаю, для науки это будет очень ценным наблюдением, товарищ полковник, – иронично заявила в ответ журналистка. – Так вы меня сюда позвали о женской и мужской физиологии поговорить?

– И об этом тоже, – чуть суше, чем нужно было, ответил сыщик. – И еще, Леночка, не пытайся изображать из себя Крячко. По шутовским выходкам он тебя переплюнет. Да к тому же мне клоунада в Главке немножко поднадоела. По крайней мере, на сегодня. Если тебе нужна от меня информация, будь посерьезнее, пожалуйста.

– Извините, Лев Иванович. Наверное, ваш Станислав после себя какой-то вирус оставляет.

По крайней мере, как подумаю о нем, тут же над кем-то поиздеваться хочется, – чуть смутилась журналистка и достала из своей сумочки диктофон. – Надеюсь, вы не будете возражать против записи нашего разговора?

– Нет, напротив. Я бы и сам на этом настоял, поскольку не хочу, чтобы ты интерпретировала ту информацию, которую получишь от меня. – И Гуров показал ей на стул перед своим столом. – Присаживайся. В ногах правды нет!

Несмотря на то что Лещук постоянно требовала от сыщика больше деталей и самого преступления и того, как действовали сыщики по его раскрытию, Гуров выдавал ей информацию строго дозированно и в тех рамках, которые они обговорили со Станиславом.

В итоге интервью получилось в строгом соответствии с цитатой из книги Лоры Спенс-Эш «А дальше – море»: лучшая ложь – это полуправда!

В изложении Гурова убийство Киреева выглядело немного иначе, чем было на самом деле. Сыщик заявил журналистке, что убийца давно знал заместителя мэра Москвы и был уверен, что тот берет взятки, хотя ни одна проверка и ни одно расследование это обвинение не подтвердили.

Однако преступника это не остановило, поскольку он считал и считает себя последней инстанцией при вынесении приговора. Убийца сам и вынес приговор Кирееву, и долго за ним следил, готовясь убить, выбирая удобный момент. А когда такой настал, он и расправился с жертвой.

– Мои источники сообщают, что заместителю мэра отрубили голову, – заявила Лещук, как только смогла дождаться паузы в изложении сыщика. – Так как все-таки убили Киреева?

– Даже полицейские иногда позволяют себе пофантазировать и переврать информацию, если это не касается доклада начальству, – рассмеялся в ответ на «мои источники» Гуров.

 – Скажем так, Леночка, можете указать, что у Киреева были перерезаны яремная вена и сонная артерия.

– Чем? – вновь потребовала деталей журналистка.

– А вот этого я пока сказать не могу, – хитро прищурился сыщик. – Дело в том, что именно орудие убийства может вывести нас на след преступника, а ему подскажет, что мы уже близко.