Но в тот момент, когда Коля, выходя из дальнего угла и протискиваясь между Шевцовой и стеной, как бы невзначай прижимается к ней сзади, мне уже не забавно.

     Со своего места я отлично вижу то, чего не видит сейчас она сама. Я вижу, как он лицом прикасается к ее волосам, и по выражению блаженства на его наглой самодовольной морде я понимаю, насколько ему это нравится. Я вижу, как одна его рука слегка приобнимает ее за талию и даже позволяет себе скользнуть по бедру! И сука! Он же членом к ее заднице прижимается! Я вижу, как покраснели ее щечки, как испуганно дернулась в сторону.

И я дернулся тоже и... Не знаю, что сделал бы! Рожу набил ему? За что? За то же самое, что вчера вечером делал с нею сам? Но к счастью (да! Именно к счастью!) наступил на какую-то разноцветную хрень, разбросанную мальчишками по всей гостиной. Ребристая, твердая фигня пронзила подошву ноги острой болью. Это был повод высказаться. И я им воспользовался:

    - Блядь! Что за херня? Сейчас найду того, кто это бросил, и надеру ему уши.

    Сидящие под елкой сыновья затихарились, замерли, притворяясь то ли игрушками елочными, то ли нижними ее ветками.

Шевцова, воспользовавшись ситуацией, сумела выскользнуть из Колиного захвата и тут же буквально сбежала на кухню. А я, конечно же, не успустил такой возможности, чтобы поговорить с любимым дядюшкой:

    - Ты что творишь, ловелас херов?

   - А что? Она свободна, я тоже. Она прекрасна, я вполне себе ничего! Что не так, любимый племянничек? - подцепив вилкой маленький круглый блинчик, он отправил его в рот целиком.

    Я сглотнул слюну пополам с раздражением и не придумал ничего лучшего, чем сказать:

    - Вообще-то ты зажал ее на глазах у детей.

   - То есть, в принципе, ты не против того, чтобы я немного... посоперничал с Вельским? - он шагнул мне навстречу и, склонившись к уху, прошептал. - Мне нравится эта баба. Прикинь, до сих пор стояк каменный! А ведь всего ничего понюхал и потрогал!

    - Ты помнишь, что по роли герой-любовник всего только приударяет за объектом? Он не спит с ним?

   Коля задумчиво постучал вилкой по тарелке, потом облизал зубцы и сказал:

   - Я уже говорил. Но, если ты с первого раза не понимаешь, повторю. Остепениться решил. Она в моем вкусе.

   - Он наш клиент, вообще-то! Что за самоуправство, блядь? У нас договор. И у тебя договор тоже.

    - У меня еще, кстати, доля в твоем бизнесе.

   - Ты вчера чуть не угробил моих детей! Я тебе, сука, что  говорил? Чтобы в Новосибе сидел и не высовывался! Так, какого хера ты поперся в метель за 400 км? Какого хера ты вообще приволок их сюда?

    Коля проспал до обеда, а разговор назрел. И, возможно, я не стал бы сразу в таком тоне и, возможно, выслушал бы его сначала, прежде чем завестись по полной.