Он поставил на пол пакеты из зоомагазина, пока Алеся пыталась отодрать от себя комок полосатой шерсти.

— Забери! Мне не надо! Назар, что ты творишь?! Это же живой котёнок! — бежала за своим боссом Алеся до самого лифта, пока Бандерлог ржал на весь этаж.

— Вот и посмотрим, сколько он с тобой проживёт, Стервозина. — хмыкнул Назар, нажимая кнопку этажа в лифте. — Я запомнил, Алеська, ты назвала меня по имени два раза, буду должен. Жалко тебя пока, и так травмированная на всю голову, ещё и на заднице сидеть не сможешь.

Назар сотрясал своим хохотом лифт до самого первого этажа, пока Алеся чуть не плакала перед закрытыми створками, с орущим во всё горло маленьким существом, которое вцепилось в неё когтями мёртвой хваткой.

* * *— Сколько, говоришь, эта штука стоит?

— Как мои любимые духи, Насть. — вздохнула Алеся, печально глядя на своё новое приобретение.

Последнюю неделю дома она только и делала, что спасала свой ремонт и мебель от маленького варвара, который носился по дому, заносясь на поворотах. Алеся купила ему когтеточку огромного размера и Бурбоша, как она его теперь называла, с радостью её обтачивал.

Алесю пришла навестить её единственная подруга, как только услышала, что она получила травму.

— Ничего до моей свадьбы заживёт. — улыбнулась ей Настя при встрече, погладив по здоровой руке.

Настя выходила замуж через месяц, принесла приглашение, в котором значилось «Алеся Миронова + 1», хотя Настя прекрасно знала, что никакой единички в жизни подруги не было. Невеста с воодушевлением рассказывала о будущем торжестве, про девичник и платье, Алеся вежливо кивала, проявляя эмпатию и вовлечённость, словно по учебнику «Как быть хорошим другом».

— Ты всё-таки надумала сделать себе татухи? — сверкнула Настя глазками.

— Да, не то, чтобы надумала, скорее работы Никиты понравились и он сам. — чуть покраснела Алеся, опуская взгляд в чашку. — Мне шрамы не мешают, если мешают кому-то другому, пусть глаза себе выколют.

— Ясно… — протянула Настя, отрезая себе ещё один кусочек торта, который принесла с собой.

Алеся хоть и считала, что ей бы стоит попридержать коней обжорства, вежливо промолчала. Сколько она помнила Настю, та всегда боролась в лишним весом и всегда проигрывала, однако, на внимание мужского пола не жаловалась, обладая симпатичной мордашкой.

В домофон раздался звонок, Алеся встрепенулась, она же никого не ждала. Бурбон рванул к двери, наверняка, бедняга ещё надеялся, что Бандерлог с большими и тёплыми ладонями его заберёт обратно подальше от Алеси, которая гонялась за ним по квартире с диким криками, постригла когти, ещё раз помыла и не давала висеть сосиской на шторах.

— Привет, а я к тебе.