Устав орать, Олин выдохнул, провел ладонью по лицу, долго стоял, отвернувшись куда-то в сторону.

Потом, наконец, подошел ко мне.

— Прости, — сказал он очень хмуро. — Тебе стоит уехать назад.

— Ты действительно так считаешь? — спросила я.

И, вроде бы, такой простой вопрос, но Олина прямо передернуло.

— Дел… давай отойдем, что ли… — тихо и как-то устало сказал он. — Я попробую объяснить.

Мы отошли в сторону, за кусты, Олин сел на землю, скрестив ноги, достал сигареты.

— Сядь, ладно? — попросил он.

Олин покрутил сигарету в руках, глянул на меня и курить, все же, не стал, убрал обратно. Он не курит при мне.

— Вернуться и лезть в это дело будет лучше для тебя, — сказал он, — это я могу сказать точно. Будет ли так лучше для всех, я сказать не могу. Вейры в чем-то правы, но у них свои мотивы отправить тебя туда. Для того, чтобы запечатать дверь — нужна кровь. Но, все же, не ведро… возможно даже, столько, сколько человек может отдать без особого вреда для себя. Вейрская кровь ценится выше, чем кровь людей, кровь женщин — выше, чем кровь мужчин, лучше даже — совсем молодых женщин, но не детей, детей тут не трогают. Идеальна — кровь кхайской девственницы, но тут, слава богам, не наш случай, — он неуверенно усмехнулся. — Если только это, я бы, пожалуй, даже не был против. Отдать немного крови, чтобы избавить мир от тварей — небольшая цена. Но я не уверен, что ограничится только этим.

— Думаешь, они потребуют не только крови, но и моей жизни?

Олин скрипнул зубами, думая, что ответить. Долго молчал.

— Думаю, они могут потребовать жизнь одного из нас. Скорее всего потребуют. Мне бы не хотелось, чтобы это была ты. Возможно, там, в пещерах, у нас даже не будет выбора, на кого покажут, тот и должен будет умереть. Поэтому лучшее решение — отправить тебя домой.

«Жизнь одного из нас» — звучит страшно. Олин понимает, что без этого не обойтись, как бы бесчеловечно не было. Кем-то придется пожертвовать? Жизнь одного за благополучие многих? Для солдата, наверно, в такой ситуации ничего нового… для командира. Кто-то всегда погибает в бою.

До озноба пробирает, на самом деле.

И все же, даже в этом решении Олина что-то смущает. Если бы так просто — он бы выгнал меня без разговоров.

— Но есть причины, по которым я должна пойти туда, да?

Он глубоко вздохнул, кивнул.

— Думаю, Дел, что все, что они говорят о Галерте — правда. Они беспокоятся о нем не без причины. Галерт очень сильный маг, но я сам не слишком уверен в его намерениях. Возможно, у него есть причины думать, что ему все удастся, без потерь. Возможно, это чистая самоуверенность. Возможно, он готов принести в жертву других, ради своих амбиций. Я не могу сказать. Но я отлично понимаю беспокойство вейров и нежелание подпускать Галерта к могильникам.