А потом я отравился овсяным печеньем…

Выступает спикер Государственной Думы:

– Господа депутаты, мы только три дня обсуждаем два закона: «Не убий» и «Не укради», а уже три тысячи поправок!

Пьяный в стельку муж ломится в дверь. Жена открывает со словами.

– Зарплату принес, козлина?

Муж без чувств падает на пол. У него на спине написано мелом: «НЕТ!»

Не столь отдаленное будущее. Последний российский олигарх звонит в Кремль:

– Я со своими рабочими по зарплате рассчитался за год вперед, по арендной плате – на два года вперед, налоги уплатил на пять лет вперед. Можно мне уехать?

– А посидеть на дорожку?

Бомж получил богатое наследство, а что с ним делать-то, и не знает. Ну, посоветовался с приятелями, они ему говорят:

– Это же классно, новую жизнь начнешь, будешь нормальным человеком! Ты первым делом жилье поприличней купи.

Пришел бомж в риэлторскую контору и спрашивает:

– У вас на Арбате сухие подвалы есть?

– Нет подвалов, у нас только пентхаусы.

Бомж поморщился, почесал репу и говорит:

– Ну хр…н с ним, давай чердак, но только чтобы с видом на помойку!

Во дворе греются на солнышке кот, петух и собака Шарик, разговаривают. Кот жалуется:

– Как меня достала эта жизнь, дома даже пожрать нечего: ни сметаны, ни колбасы. Наверное, я уйду от моих хозяев.

– А я слышал, как моя хозяйка сказала, что из меня сделает на Новый Год холодец. Наверное, я тоже уйду.

– Знаете, а я, наверное, еще недельку побуду!

Кот с петухом удивленно в один голос:

– Да я слышал, как хозяйка хозяину говорила, что если он не принесет зарплату на следующей неделе, то будет целый месяц х…й сосать у Шарика!

В военкомате призывники проходят комиссию. Лор проверяет слух призывника, стоящего в конце комнаты. Врач шепотом:

Идет по улице девочка, лет так 15-ти. Вечер, темно, фонари не горят. Вдруг слышит за спиной шаги, тяжелые такие, мужские. Убыстряет шаг, шаги за ней. «Ну, все, – думает, – сейчас изнасилуют и убьют!» Переходит на бег, шаги за ней. Добегает, наконец, до своего двора, а там тоже фонари не горят. Шаги не отстают. «Ну, надо же, в собственном дворе изнасилуют!» – думает несчастная и бежит еще быстрее.

Добегает до подъезда, предполагая, что там свет уж точно горит, но злые хулиганы разбили лампочку, ничего не видно. Слышит девочка, шаги за ней в подъезд заходят. Бедняжка судорожно жмет кнопку лифта, лифт приезжает и, конечно же, там тоже темно. Девочка заходит в лифт, шаги заходят за ней. «Боже в собственном лифте…» – думает девочка.

На пол пути лифт останавливается.

Девочка, дрожащим голосом:

– Дяденька, а вы меня сейчас изнасилуете?

Голос в темноте неопределенно хмыкает.

Девочка, от отчаянья:

– А может, я вам лучше минет сделаю?

Девочка опускается, делает свое дело.