Знаешь, Аня, я всегда считал тебя тихой, милой, верной женой Вити, которая живет за его спиной и теряется в яркой харизме Мурлыси.

– Нет! – крикнула Аня. – Я умнее! Намного сообразительнее Славиных.

– Ну, ты тоже Славина, – пробормотала я.

– Спорить на тему твоих мыслительных способностей никто не собирается, – сказал Вульф, – твой план впечатляет. Использовать Зильберкранца, чтобы тот отравил шоколадный пазл, но… не смертельной порцией яда… Ты понимала, что мы начнем искать того, кто сделал особую «начинку», выйдем на Моисея.

– То, что я сейчас скажу, мое предположение. Думаю, ты, Анна, хорошо знала тех должников, с кем говорила по телефону. Моисей Абрамович был одним из них. Возможно, ты вела записи, где-то спрятала книжечку с именами и фамилиями. Аня, именно ты отыскала профессора и велела ему работать по своему сценарию. Моня согласился, он добавил в шоколад яд зубоскала, ослабив его по твоей просьбе. А потом испугался, понял, что сглупил. Если правильно определят токсин, могут выйти на Зильберкранца, который имеет доступ к испытаниям лекарства. Моисей попытался увести нас в сторону, сказал про токсин улитки Конус. Оба яда весьма редкие, о них знают только очень узкие специалисты. Но Моня все равно нервничал, поэтому он помчался в клинику с антидотом. Он изо всех сил внушал и нам, и врачам, что виновник отравления Анны Конус. И ему удалось запудрить всем мозги. Я уверен: Моисей должен был «случайно проговориться», дать нам наводку на Виктора. Но Зильберкранц совсем не глуп, он испугался, что его разоблачат, и написал свой сценарий. Моисей Абрамович решил «умереть» и прислать нам флешку с объяснениями. Думаю, Анне отправили сообщение, что перед кончиной Моисей выполнил ее задание. Но он проследил за Иннокентием, увидел Артемию и многое понял. Уж не знаю как, но Зильберкранц сообразил, что Жираф – это Муза Алексеевна. Как он это понял? Нет ответа. Но понял и дал нам подсказку: «Ищите снимок парня в журнале». И объяснил, что я его знаю. Евлампии же Моня посоветовал вспомнить мастера мгновенного перевоплощения. Прямой намек на Артемию. Наверное, Анна была готова в любой момент подсказать нам, куда и к кому идти за информацией, но мы и сами с усами. И Моисею Абрамовичу, и Иннокентию Артемьевичу Веткину звонила ты, вспомнила прежние времена, назвалась Жирафом. Вот только ты, Аня, использовала не самую лучшую программу для изменения голоса. В процессе подготовки операции состоялось твое знакомство с Темой, которой отец не разрешал осуществить мечту стать детективом. Артемия столько сил потратила! Всему научилась. Анна и Артемия оказались просто созданы друг для друга. Вы решали свои проблемы. Вам удалось осуществить задуманное, натравить Иннокентия на Музу Алексеевну и Виктора.