Мои единственные отношения случились с беглой стриптизершей, которую я обрюхатил во время грязного перепиха и которая оставила меня одного с ребенком. Возможно, я действительно заслужил такое предостережение.

Но пусть даже Эди Ван Дер Зи и была ходячей проблемой, похоже, что она нравилась Луне.

Возможно.

Вероятно.

Очень на это надеюсь, черт возьми.

Я понимал, мои действия были лишены смысла. Но мне было плевать. Пусть думают, что я тронулся умом. Мне же больше власти. Никто не любил связываться с сумасшедшими. С безжалостными? Почему бы и нет. С могущественными? Конечно.

Но сумасшедшие были непредсказуемы, а это худшая черта человеческой натуры.

Вишес приоткрыл рот, наслаждаясь тем, что держал всех в напряжении.

– Я голосую «за».

Она принята.

Друзья – мое племя, тщательно отобранная по индивидуальным запросам семья. Сказать, что мы поддерживали друг друга, – это ничего не сказать. Уже почти двадцать лет мы были слепо верны друг другу, и будем впредь. Когда один из нас бросался вперед, остальные были рады разделить ответственность.

Дин поднялся и собрал со стола все свое барахло.

– А теперь прошу прощения, мне нужно позвонить жене.

Она сегодня была на приеме у врача. Мазаль тов[13],Джорди.

Вишес с Джейми встали следом и принялись обсуждать конференц-звонок с японцами, который должен был состояться завтра ни свет ни заря.

Мы с Ван Дер Зи остались одни в зале, окруженные лишь равномерным гулом кондиционера. Джордан постучал пальцем по своим тонким губам, раздраженно дергая ногой в такт.

Он ждал от меня объяснений. Могу заметить, напрасно. Добровольно выдавать информацию врагу было типичной ошибкой новичка, которую я усвоил задолго до того, как мои состоятельные, живущие безбедно друзья научились подтирать себе зад.

– Чувствуешь себя нерешительным сегодня?

Его вытянутое, костлявое, как у Волан-де-Морта, лицо скривилось от недовольства. Он выглядел как царь, а вел себя как тиран. Джордан считал, что вселял страх, и возможно, так и было, но не для меня. По мне, он только лаял, но не кусал.

Я пожал плечами и сложил ноги на столе, зная, что это выводит его из себя.

– Не-а, я никогда не возражал, чтобы твоя дочь здесь работала. Просто хотел заставить тебя понервничать.

В твоем возрасте кардионагрузки очень полезны.

– Как заботливо с твоей стороны. Ты не из тех, кто попусту тратит время, и все же потратил уйму нашего времени зря. Поэтому, полагаю, ты изменил свое решение, так как это часть какого-то плана. Хочу внести ясность: я запрещаю тебе приближаться к моей дочери. Лучше тебе держаться от нее подальше.

Меня даже не оскорбило его замечание, потому что я действительно считал его юную дочь весьма аппетитной, и неважно, насколько это было дико и ненормально.