В такой ситуации единственным разумным решением выглядит вывод Карельской армии через центральную Финляндию в район Хельсинки – для того чтобы защитить столицу от вражеского нашествия. А это шестьсот пятьдесят километров пешего марша по дорогам в тридцатиградусный мороз, и больше половины дорог являются заснеженными проселками в лесной чаще. Арифметически, если войска выступят немедленно, то головные подразделения вступят в Хельсинки «всего-то» через месяц, а еще через две-три недели туда подтянется хвост колонны. Но это только арифметически. Перемещения больших масс войск пешим порядком в пределах досягаемости авиации противника при затрудненном снабжении и недостатке по пути удобных мест для ночевок в зимнее время года может привести к потерям от шестидесяти до восьмидесяти процентов личного состава.

И это не говоря уже о том, что к тому времени Хельсинки может быть уже захвачен большевиками, которые в последнее время в своих действиях проявляют необычайную прыть.

Когда пожилой слуга-филиппинец ввез кресло каталку с американским президентом к ожидающим его соратникам, тот был мрачнее грозовой тучи.

Впрочем, такой же мрачный вид был и у его специального представителя Гарри Гопкинса. Все прочие пока не понимали, кого сегодня хоронят, но сделали приличествующий случаю скорбный и серьезный вид.

– Итак, джентльмены, – сказал Рузвельт, даже не подозревая, что произносит фразу, набившую оскомину миллионам советских и российских школьников, – должен сообщить вам пренеприятное известие. Дядя Джо неожиданно заартачился и не стал давать нам никаких обещаний относительно подключения к нашей борьбе с Японией – точнее, он обставил свою помощь некоторыми условиями, которые мы должны выполнить, прежде чем русские хотя бы подумают о том, чтобы объявить джапам войну.

Но не это самое тяжкое в нашем положении… Все мы, тут присутствующие, видим будущее нашей страны в создание такой демократической политической системы, которая обеспечивала бы Соединенным Штатам процветание, а американским гражданам счастливую, добродетельную и благополучную жизнь. Но, как оказалось, будущее нашей Америки совсем не такое. Заглянув за барьер времени, вместо доброго дядюшки направляющего народы к лучшей жизни, мы увидели злобного тирана, преисполненного всяческих пороков и творящего беззакония и убийства. Америка будущего – самая богатая страна мира, но ее государственный долг превышает двадцать триллионов долларов, а треть ее граждан едва сводит концы с концами. Центр американской автопромышленности Детройт лежит в руинах, как будто по нему прокатилась война, зато миллиарды долларов тратятся на то, чтобы устраивать мятежи в других странах и свергать законные правительства.