И в этом отношении трактора и велосипеды оказали немецкой армии больше практической пользы, чем три или четыре тысячи «Рено», находящиеся на вооружении французов.

К концу десятилетия события входят в фазу нарастания. США, а за ними и страны Европы, вступают в экономический кризис, неизвестного до сих пор масштаба. Ф. Рузвельт, придя к власти, вынужден раскрутить маховик военного производства. Заказаны новые линкоры и авианосцы: США одним махом «выбирают» весь лимит водоизмещения, установленный Вашингтонским соглашением. В разы увеличивается производство военных самолетов. Растет производство боеприпасов. Резкий рост государственных заказов вызывает цепную реакцию: нужна сталь, алюминий, тротил, двигатели, бензин… – экономика страны медленно и мучительно выходит из кризиса, но очень дорогой ценой. С 1933 года Соединенные Штаты заинтересованы в большой европейской войне. Только война способна окупить затраченные ресурсы и превратить экономические потери в капитализацию территории страны.

На Германию кризис оказал столь же сильное воздействие. В начале 1933 года к власти приходит НСДАП, предлагающая внятный рецепт выхода из экономического и политического тупика. «Победа – это воля, – перефразирует А. Гитлер маршала Ф. Фоша, – Германия должна вооружиться, разорвать Версальский договор, вернуть потерянные земли и вновь обрести статус великой державы. А для всего этого надо избавиться от евреев». Гитлер был последователен в выполнении представленной его партией программы, и конфискованный еврейский капитал практически целиком пошел на модернизацию армии. В стране был наведен порядок, практически искоренена преступность. Но экономика Германии отныне строилась на принципе «пушки вместо масла». Это означало, что Рейх также заинтересован в войне. Только, в отличие от США, он не мог рассчитывать отгородиться от нее океаном.

Германия вновь ввела воинскую повинность, начала официально создавать танки и самолеты. Страна готовилась к войне, но вот времени для этой подготовки недоставало. По сей день Люфтваффе ругают за отсутствие стратегического бомбардировщика. Однако в тех условиях, в которых реально развивалась немецкая авиация, жизненно необходимы были истребители – для завоевания превосходства в воздухе – и тактические бомбардировщики, прокладывающие дорогу наземным войскам. Без этого у вермахта не было особых шансов даже в войне против коалиции второстепенных европейских держав. А без тяжелых «бомберов» вести войну в Европе было вполне реально. Германия принимала решение в условиях острой нехватки ресурсов и, прежде всего, времени.