Пылали огнями рекламы «Золотого Льва», поэтому то, что ниже, различалось плохо. Потом экраны адаптировались.
Это было похоже на дикий сон.
Серая пена бегущих собак. Без лая, с угрожающим рычанием. Люди тоже бегут… не все. Кто-то лежит, кто-то пытается ползти, отбиваться… их рвут на части. Прямо на нас мчится огромная собака, в пасти зажата маленькая рука. Кричит Матильда – без слов, чистый крик. Фургон резко рвет с места, нас бросает друг на друга, не могу отозваться от экранов. Собак уже нет. Мы катим по проспекту Синан вниз, из боковой улочки вырывается новая волна зверья – прямо под колеса.
Он сел, как было велено. На лицо его откуда-то сбоку выползала глуповатая улыбка. Он гнал ее, но она опять выползала.
– Игорь… ничего себе – Игорь… – он хихикнул.
– Ты, конечно, думал, что я, как остальные… – я провел пальцем по горлу.
– Дурачок, – сказал он и опять засмеялся – уже громко, в голос. – Нет, ну как ты влетел сюда… ангел возмездия!
Было намерение, – сказал я. – Впрочем, оно и осталось.
– Поздно, – становясь серьезным, сказал Тарантул.
– Ну кто… к кому ты сюда ворвался? Я не знаю, как они себя называют.
– Послушай, Игорь. Мы не на допросе… и вообще я пока что твой начальник. Так что будь, сынок, повежливее.
– Мы оба покойники. Это наши единственные звания и должности. А в предыдущей жизни, мне кажется, ты слегка провинился передо мной. Это о вежливости.
– Интересная мысль… Ты хочешь сказать, что я подставил твою группу?
– Нет, сынок. Я просто не мог вывести тебя из-под удара, потому что вынужден был скрываться сам.
– Мою медицинскую карту, скажем?
– Медицинскую карту?
– У меня ее не было.
– А где же она была? И как фотография из нее попала к «муромцам»?
– О, если тебя стали занимать такие детали…
– Ничего себе – детали!
– Детали, сынок, не обольщайся… Значит, ты просто не понимаешь, что происходит.
– Допустим, не понимаю. Действительно не понимаю. Или понимаю…
– Понимаешь часть происходящего. Меньшую, большую – неважно. И части эти не совпадают. Не совмещаются.
– Да… Что-то вроде этого.
– Я столкнулся с этим – вот так, в лоб, вплотную – шестнадцать лет назад. Будешь слушать?
Не знаю, почему, – но я кивнул. И Тарантул стал рассказывать.
К тому времени, к зиме семьдесят четвертого-семьдесят пятого, уже несколько лет прекрасно работал Центр стратегических исследований, и Тарантул, естественно, имел туда полный доступ. Ребята из Центра насобачились давать региональные прогнозы на два-три месяца, а глобальные – на полгода и больше.
Комментарии
Добавить комментарий