Когда к границе потянулись колонны автомобилей с гербами, окружённые энергетическими щитами, а на побережье Южного Китая, начали высаживаться японские войска, для императора всё рухнуло окончательно.

Формально он всё ещё был правителем страны. Но сейчас, его приказы были готовы выполнять лишь члены Дома Цин и родовая гвардия. Возможно, те немногие союзники, которые были так тесно связаны с правящей фамилией, что пошли бы ко дну вместе с ней.

Я рассматривал несколько моделей поведения противника в такой ситуации. Но тот неожиданно показал себя чуть более умным, чем казался изначально — двинулся по единственному пути, который мог сохранить его на престоле — предложил коалиции из рода Афеевых и японских кланов, переговоры.

Именно после этого сообщения от Кристины, я поднял костяного дракона в воздух и устремился на север. Империя Цин была сокрушена. Закончить разделку этой рухнувшей туши смогут и члены свиты. А мне пора наведаться в дворец древнего дракона, заглянуть на Урал, откуда несло божественной силой и проверить след Локи.

Когда я уже был в небе над Монголией, в кармане завибрировал дарфон. Ульрих.

Непонимающе поморщившись, я принял вызов и услышал чуть смущённый голос скандинава.

— Я сейчас смотрю переписку и вижу, что сообщал об успехах в поисках. Потом мы ещё созванивались. Но…

Замявшись, наконец собрался с духом и выпалил.

— Слушай, а о чём мы вообще говорили? Что мог найти мой отец? Причём он тут вообще? О каких поисках идёт речь?

Какое-то время я молчал, прокручивая в голове версии. Потом осторожно уточнил.

— А что последним ты помнишь о разговорах со своим отцом?

Ульрих кашлянул и кажется чуть смешался от постановки вопроса. Наконец медленно выдавил.

— Ну-у… Как мы с ним созванивались и он рассказывал, что дома всё в порядке. Крыша только у замка чуть осыпалась и её надо поправить.

Секунду помолчав, всё с той же неуверенностью продолжил.

— Но я ему буквально пять минут назад позвонил и он сам не понимает, о чём мы переписывались. И звонок ведь был, но я почти ничего не помню. Вроде о книге говорили, которую он писать собрался. Давно планировал, а тут говорит, деньги появились и поехал.

Я ещё раз прокрутил в голове версии. Потянулся к божественной печати в разуме потомка ётунов. Убедился, что со мной разговаривает действительно он. Да и следов вмешательства в разум не было. По крайней мере таких, которые я бы заметил. Тем не менее, факт ментальной атаки был налицо. Причём настолько тонкой, что этого не заметил никто, включая меня. Более того — не среагировал и мой оттиск на его сознании.

Всё это говорило только об одном — я на верном пути.