Султан настолько обезумел от горя, что посылал убийц за границу в поисках немногих сбежавших. Грозил иным правителям войной и даже пару раз её объявлял. Подкупал, назначал награды за головы и щедро платил наёмникам во всех частях света. На несколько лет, его личная месть стала основной задачей государственного механизма Османской империи.

Насколько я понимал, в какой-то момент прадед султана просто прекратил приходить. Ничего странного тут не было — судя по той информации, что сейчас впитывал мой разум, он возглавлял одну из относительно небольших организаций, что занималась изучением Пробоев и артефактов, доставшихся от богов.

Видимо проиграл в конкурентной борьбе кому-то из иных условных орденов и погиб.

О существовании Умай больше никто не знал. О самих казематах, могли рассказать несколько близких соратников того старика. Но судя по тому, что никто так и не явился — все они погибли вместе со своим сюзереном.

Кандалы, напитанные силой мёртвых душ, само собой, остались на месте. Так что спустя сотни лет, абсолютно высохшая «искра» лопнула, пронизывая осколками тело — не выдержала постоянного тесного контакта с мощью, которая была абсолютно противоположная сути богини.

А вот сила, что находилась в оковах, напротив слилась с каркасом Умай.

Правда, к тому времени, её оболочка пришла в такое состояние, что она не могла пошевелиться. Вернее, там по большому счёту и не осталось ничего, что было способно двигаться. Высохшая плоть поддерживала существование только за счёт божественной силы.

Она ещё долго варилась в собственном соку, сходя с ума, грезя всё новыми идеями и теряя саму себя. Осколки «искры» постепенно обращались крошевом, которое пропитывалось силой мёртвых душ, меняя характер её мощи.

А от прежде могучего разума остались лишь жалкие ошмётки, пропитанные единственным желанием — нести в мир боль. По сути, тогда и умерла истинная Умай. Оставив вместо себя жуткого монстра, ведомого примитивными инстинктами и желанием убивать.

Потом произошло то, что дало ей возможность выбраться. Мощный выброс силы, который целенаправленно двигался к Стамбулу. Если я верно понял направление, откуда-то со стороны Африки.

Точно такой же заряд мощи, как тот, что мы наблюдали в Скандинавии. Только этот перехватила Умай. Впитала в себя, переработала, обрела мощь. От её физического тела практически ничего не осталось, но богиню это мало расстроило. В новом облике она рискнула выбраться за пределы казематов и сожрала десяток рабов с нижних этажей. Их пусть и считали, но о пропаже наверх доложили бы нескоро. Тела она затащила к себе, души поглотила. Набралась сил.

Потом смогла уловить ещё один выброс такой же силы.