— Четыре девочки-подростка! Ни один взрослый человек не может вынести такую пытку, огорченно произнес Чей.

Сколько времени еще они собираются провести здесь?

— До конца летних каникул. Мне даже некогда заниматься своими делами.

— А чем именно вы занимаетесь?

— Я строю дом, — проворчал он. — Когда не занят на ранчо.

— Вы строите? Сами? Или вам строят?

— Я почти все делаю сам.

— Да, только я его закончу строить, когда уже буду стариком.

— Но в конце концов у вас будет отличное место, где вы будете жить, — сказала она с улыбкой. Какую работу вы делаете для Большого Джона?

— Любую работу ковбоя.

— Едва ли. Роджерс никогда не пачкал руки в грязи. Да и одежду тоже.

— Он всегда так причудливо одевался. А ботинки! Я не могу представить настоящего ковбоя, который бы надел красно-белые туфли.

— Ты большой фанат Одинокого рейнджера?

— Правду говоря, мне всегда больше нравился Тонто.

Дана взглянула на Чея.

— В тебе течет индейская кровь?

— Моя мать была из племени шайенов.

— Как случилось, что ты работаешь у Большого Джона?

— Моя мать покинула племя и поступила в колледж. Она встретила Большого Джона в баре однажды ночью. Судьба ей благоволила, он только что уволил бухгалтера и искал нового. — Чей пожал плечами. — Таким образом у нее появилась работа.

Они доехали до озера через несколько минут.

Девочки слезли с лошадей и подошли к воде, оставив Чея приглядывать за их животными. Он расседлал лошадей и отвел их в тень.

Дана разделась до купальника и расстелила покрывало на траве. У каждой девочки было по корзинке с едой, и Дана расставила их возле покрывал.

— Я смотрю, ты уже готова к плаванию, — отметил Чей.

Он осмотрел Дану с головы до ног, и она снова пожалела, что не сбросила лишние десять футов.

Сам Чей выглядел превосходно. Его черные плавки оттеняли смуглый цвет кожи и длинные черные волосы. Все, что ему недоставало, — это орлиного пера в волосах и боевой раскраски на лице.

Дана взглянула на озеро. Девочки играли в воде, плескались и брызгались — в общем, отлично проводили время.

Чей сел на покрывало напротив нее и вытянул ноги. Дана наблюдала за девочками. В свои двадцать три она была чуть старше их, но чувствовала себя намного взрослее, даже мудрее. Если бы она могла быть такой юной и невинной снова, грустно подумала она.

— Эй, — позвал Чей. — Сегодня слишком хороший день, чтобы выглядеть так серьезно.

— Я немного завидую им.

Чей посмотрел на девочек.

— Не понимаю, почему.

— Она так юны и беззаботны. Их ничего не занимает, кроме шмоток и домашнего задания. Как бы я хотела снова стать подростком!

— Неужели? — спросил Чей с усмешкой. — А как насчет ломки голоса и игры гормонов?

— Быть девочкой ничуть не проще, если ты не знал.