— Но ведь, по словам, Леи у меня дар гораздо больше вашего?

— Только ты, не будучи замужем, уже успела обрасти детьми и, поверь, ни один дворянин никогда не возьмет в жены девушку с таким пятном на репутации. — Я осеклась, забыв, что еще хотела ей сказать, а Лианем вздохнула: — Вот потому я и говорю, что тебе дорога только в содержанки. Все равно с таким даром тебя обычному ремесленнику не отдадут.

— И что, других дорог у меня нет? — после тягостного молчания спросила я.

— Ну почему же? Ты можешь не признаваться в том, что владеешь магией, или сказать, что она у тебя совсем невелика, как у меня, к примеру.

Тогда никто тебя трогать не будет, но жизнь твоя все равно не станет менее простой. Хотя ты можешь назваться вдовицей, тогда отношение к тебе будет гораздо лучше. В деревнях с этим сложнее. Им брачный браслет подавай, а раз нет его, значит — незамужняя. И хоть кол на голове теши!

— Но ведь уровень моего дара могут увидеть и другие маги.

— Кто, например? Ты свой источник видишь? Или, может, мой? — я недоуменно отрицательно покачала головой. — Вот то-то и оно! — даже подняла она указательный палец вверх.

— Лейка наша, можно сказать, уникум! За такими идет настоящая охота. Не знаю, куда там их забирают и что потом с ними делают, только о таких детях, которых тут же забирают от родителей, уже никто никогда не слышал. Может, ничего страшного с ними не происходит, и они как сыр в масле катаются, а может, все совсем иначе. Того не знаю, и никто не знает, — пристально на меня посмотрела. — Даже просто за информацию о ней дворяне могут заплатить очень много...

— Вы чего это на меня так смотрите! — вспылила я в негодовании под этим взглядом.

— Я нашу Лею никому не отдам, ни за какие деньги мира!

После этих слов лицо знахарки разгладилось и одна выдохнула.

— Не сомневалась в тебе. Прости, если ненароком задела, но мне нужно было это от тебя услышать.

— Понимаю, — тут же ушло мое возмущение, и мы, не сговариваясь, посмотрели на лавку, где сладко спала девочка.

Как можно предать этого удивительного любимого человечка, отдать его чужим людям, которые сделают с ней непонятно что?

Мы снова помолчали, и тут мне в голову пришла одна интересная мысль:

— Лианем, как ты думаешь, откуда у меня такой сильный дар?

— Ох-ох-ох, — она поставила локти на стол и потерла виски.

Старой женщине, видимо, нелегко дался этот вечер. — Я так думаю, что ты из благородных. Только не из нашего королевства. Скорее всего, ты из соседнего, из Ревны. Тут по морю совсем недалеко. Вон какая ты светленькая, а у нас все в основном темноволосые да темноглазые. Вы с Лейкой тут как две белые вороны, — и, предугадывая мой следующий вопрос, проговорила: — По платью твоему это тоже понятно.