Они никогда не смогли бы встретиться.

— Паркер не любит высокохудожественные фильмы.

— Но она их смотрит.

— А я нет, потому что… почему? Потому что не училась в Йеле?

— Нет, потому что они тебя раздражают.

Чистая правда, но тем не менее.

— Высокохудожественные фильмы и гольф — не все и не главное. Он хорошо танцует, — выпалила Лорел, мгновенно расстроившись. Неужели она защищается, и Дел заметит? — Я люблю танцевать.

— Я знаю. — Дел подошел, обнял ее.

— Отстань. Я не закончила торт.

— Красивый. Но ты красивее и пахнешь потрясающе. — Дел прижался лицом к ее шее, втянул носом воздух.

 — Сахар и ваниль. Я не узнал Ника, когда вы танцевали. — Дел повернул Лорел вправо, влево. — Было слишком много народа, и я смотрел на тебя. Правда, я просто стоял и смотрел на тебя.

— Замечательно, — прошептала Лорел.

— И чистая правда. — Дел уже привычно провел губами по ее губам. — Привет, Лорел.

— Если ты отдашь Паркер эти цветы, я куплю тебе другие.

Вот она, та самая, идеальная капелька пчелиного воска в сахаре.

Праздники в жизни Лорел были столь редкими, что ее внутренние часы разбудили ее ровно в шесть. Она уже катилась к краю кровати, когда вспомнила, что сегодня можно и поваляться.

Она свернулась калачиком под одеялом, испытывая тот же головокружительный восторг, что и в детстве, когда из-за неожиданного снегопада отменялись уроки.

Лорел закрыла глаза и вздохнула, вспомнив о Деле, который сейчас был совсем неподалеку. Можно было бы встать, проскользнуть в его комнату, в его постель. И к черту пари.

В конце концов, сегодня День независимости. Почему же не проявить независимость? Вряд ли Дел станет жаловаться или громко звать на помощь. Можно переодеться во что-нибудь более соблазнительное, чем майка и боксеры.

Уж в этом у нее недостатка нет. Голубая коротенькая ночнушка прекрасно подойдет. Или, может, шелковая комбинация с пастельным цветочным рисунком… С этими мыслями Лорел снова провалилась в сон.

Шанс упущен, думала она, спускаясь в семейную кухню почти три часа спустя. Может, и к лучшему, ведь тогда все над ней посмеялись бы, а Дел проиграл бы пари. Осталась какая-то пара недель. Можно и потерпеть.

В кухне витали аппетитные запахи и было шумно. Дел, неотразимо красивый, пил кофе и непринужденно флиртовал с миссис Грейди.

Лорел тут же пожалела, что не поддалась своему утреннему порыву.

— А вот и наша спящая красавица, — объявила Мак. — Очень вовремя. У нас гигантский праздничный завтрак, включающий — спасибо чарам Дела — бельгийские вафли.

— Еще бы! Мы весь день будем только жевать и отращивать задницы, а потом поедем в парк и будем жевать и отращивать задницы там. Все, включая тебя, Паркс.

— Ну, нет. Сначала я хочу привести в порядок свой кабинет. Это меня успокаивает.

— Ты одержимая.