Там она звонила на протяжении нескольких минут, но ей никто не отвечал, поэтому она уехала домой.

— И после этого они потребовали объяснений, как ее ключи оказались в комнате, где было совершено убийство, верно?

— Совершенно верно. Она ответила, что была там днем и, видимо, обронила их.

Мейсон невесело усмехнулся.

— А тем временем, — продолжал детектив, — Карл Монтейн настаивает, что он запер дверь гаража, когда ставил туда машину. Таким образом, Рода не могла бы поставить туда свой автомобиль, когда вернулась домой. Мало того, она сказала мужу, что забыла в машине сумочку, так что поздно вечером ей пришлось спускаться в гараж и отпирать дверь. Остается лишь надеяться, что кто-то из присяжных ей все же поверит…

— Нет, Пол. После того как обвинение ознакомит суд с имеющимися в его распоряжении фактами, ей никто не поверит. Они заставили ее сделать самое опасное признание.

— Не понимаешь? Проще всего ей было бы утверждать о вынужденной самообороне. Тут ей никто не смог бы возразить, поскольку единственный свидетель — мертв. Обвинение ничем не смогло бы опровергнуть ее историю. Если бы Рода изложила ее в нужное время и в нужной форме, она завоевала бы симпатии не только присяжных, но и публики. Теперь же возможность ссылаться на самооборону отпала. Сейчас либо ей придется доказывать, что она так и не попала в квартиру Мокси, либо ее поймают на каких-то мелочах и обвинят в убийстве без смягчающих обстоятельств.

— Ты прав, Перри, я как-то не задумывался над ее показаниями. Положение действительно скверное.

В кабинет вошла Делла Стрит и плотно закрыла за собой дверь.

— Шеф, вас хочет видеть отец Карла…

— Кто? — удивленно переспросил Мейсон.

— Филипп Монтейн из Чикаго.

— Вот видишь, Пол, я же говорил, что он сам явится сюда, — усмехнулся адвокат. — Делла, что он собой представляет?

— С первого взгляда не поймешь… Ему чуть больше шестидесяти, но глаза ясные и внимательные, как у хищной птицы. Коротко подстриженные седые волосы, небольшие усики, ничего не выражающее лицо, тонкие губы. Вид довольно респектабельный. Знает себе цену.

— Нам необходимо подобрать ключик к этому человеку, — сказал Мейсон, переводя взгляд с секретарши на детектива. — Я хочу повернуть дело так, чтобы ему пришлось заплатить за защиту Роды. Между прочим, я представлял его себе совсем другим. Думал, что это самодовольный эгоист, привыкший командовать людьми в силу своего богатства… Я рассчитывал напугать его скандалом в прессе, где будет фигурировать имя Монтейнов… — Он снова посмотрел на секретаршу: — Скажи хоть словечко, Делла!

Она улыбнулась и покачала головой.

— Давай выкладывай! — настаивал Мейсон. — Ты же хорошо разбираешься в человеческих характерах. Мне интересно, какое он произвел на тебя впечатление.