Если не ошибаюсь, полторы тысячи долларов.

— Страховка была в пользу Роды?

— Да, — ответил доктор Миллсэйп. — Греггори уговорил Роду застраховать их жизни в пользу друг друга. Он уверял ее, что намерен застраховаться на пятьдесят тысяч, но для этого нужно пройти медицинское освидетельствование, поэтому для начала застраховался на полторы тысячи. Ну а Рода застраховалась в его пользу на десять тысяч. Очевидно, что он собирался убить ее и получить страховку, если бы ему не удалось выманить у нее имеющиеся деньги и скрыться с ними.

— По всей видимости, он перестал выплачивать взносы, как только они расстались?

— Разумеется, он сделал только первый взнос. Рода сама выплачивала остальные взносы. Авария самолета случилась через несколько месяцев после уплаты первого взноса. Свидетельство о смерти было получено примерно через год, и Рода получила деньги.

— Вы давно знакомы с Родой?

— Пытались уговорить ее выйти за вас замуж?

— Неужели все это важно? — покраснев, спросил Миллсэйп.

— Что ж… Да, я просил ее стать моей женой.

— Почему она отказалась?

— Она говорила, что больше не намерена выходить замуж… Она утратила веру в мужчин… Когда выходила замуж за Лортона, она была неискушенной девчонкой. Его подлость убила в ней все чувства, поэтому она посвятила свою жизнь уходу за больными. Про любовь она не хотела даже говорить…

— И вдруг совершенно неожиданно вышла замуж за миллионера?!

— Мне не нравится, как вы это говорите.

— Почему вы называете его миллионером?

— Хорошо, — усмехнулся Мейсон, — пусть будет сын миллионера.

— Да, но Рода вышла за него совсем из других побуждений.

— Почему вы так уверены?

— Потому, что хорошо знаю Роду.

— Так почему же она вышла за него? — поинтересовался Мейсон.

— Все дело в том, что ее материнские чувства не получали естественного выхода. Ей требовалось существо, на которое она могла бы их излить. В этом слабовольном, изнеженном сынке богатых родителей она нашла себе то, что искала. Не подумайте, что во мне говорит ревность, но этот молодой человек — нравственный дегенерат. Он смотрел на Роду как ученик на строгую учительницу, как ребенок — на мать. Он воображал, что это любовь, на самом же деле это была потребность найти защиту… Рода не задумывалась над такими вопросами… Не помнила себя от радости, что имеет возможность кого-то лелеять и ухаживать за ним…

— Я так понимаю, вы возражали против этого брака?

— Потому что я люблю Роду.

— Вы сомневаетесь, что она будет счастлива?

— Она не может быть счастлива с ним. В данный момент она обманывает саму себя, не желает разобраться в психологии чувств. На самом же деле ей нужен муж, которого она бы любила и уважала. А материнские чувства должна истратить на настоящего ребенка.