Снова посмотрел, подумал и со вздохом вылез из сапог, поставив их возле кровати.

— На кой такие жертвы? — Я поглядела на его однобоко обкорнанную шевелюру, пытаясь понять, нравится мне такая прическа или нет. Хм, что-то в ней определенно есть! — Почему бы просто не создать иллюзию?

— Мага ею не обмануть.

— А сапогами, выходит, можно? — хихикнула я.

— А вдруг она захочет разделить с тобой постельку?

— Сомневаюсь, — колдун еще больше помрачнел. Кивнул на пустой кубок на столе. — К тому же она уверена, что я благополучно просплю до полудня… но после случая с Ллиотарэлем я стал очень подозрительным. Пошли, Шел. Продолжим с того места, на котором нас прервали! Или даже чуточку пораньше.

И, подойдя к окну, распахнул железные ставни.

— Не-е-ет! — простонала я. — Опять?! А просто из двери нельзя выйти?

— Можно, если стража тебя выпустит. Давай, тут невысоко, всего-то саженей десять!

— Вот и прыгай, если невысоко!

— Шел, не дури. Хочешь, чтобы Тайринн тебя здесь застукала?

— А ты и рад будешь?

— Ну что опять за ерунда?!

— Ты же с ней целовался, — как я ни старалась, голос предательски дрогнул.

— И что с того? — непонимающе обернулся ко мне колдун. Заметил? Или списал на хриплое произношение клыкастой ипостаси?

— Ты с ней по-настоящему целовался! — Эх, дала-таки разобиженного «петуха», идиотка! Правильно Верес посмеивается.

— По-настоящему, но не с ней. Как ты говорила, в темноте все мужчины серы? Так вот, дорогая моя, если закрыть глаза — все женщины тоже. Можно представить на ее месте кого угодно.

— Хоть тебя, — серьезно подтвердил Верес и, не дав мне обалдело открыть пасть, за шкирку потянул к окну. — Пойдем, а то наша армия вконец замерзнет под стенами! Представь, как огхыреют поутру караульные, обнаружив целое поле незаметно подкравшейся и окоченевшей вражьей рати?!

— Шелена! — возмутился колдун. — Я нес что попало, лишь бы протянуть время! Думаешь, так легко плести в уме заклинание и одновременно изображать мерзавца?!

— Хм, а ведь я почти поверила… — пробормотала я, делая вид, что собираюсь пометить ножку кровати.

Хороший пинок под зад мигом исцелил меня от остатков недоверия. Такое мог позволить себе только настоящий, верный враг.

Во дворе по-прежнему стояла такая зловещая тишина, что даже снег остерегался на него падать. Правда, у ворот уже дежурили двое человек, но они так старательно относились к своим обязанностям, что мы без помех прошмыгнули за их спинами, пока стражи неотрывно пялились на пустошь в смотровые окошечки.

— И зачем мы перелезали через стену, если ты опять меня на нее тащишь? — возмутилась я.

— У меня было время изучить охранное заклинание. Его уязвимые точки — над башенками, и, если распутать хоть один «узелок», контур разомкнётся.