Спрыгнув вниз, Никита убедился в том, что землянка по-прежнему крепка, если, конечно, не считать двери, которая успела изрядно почернеть от влажности и малость распухла, и теперь придется приложить некоторое усилие, чтобы отворить ее. Если печку в землянке не топить, то через пару лет эта закопуха придет в полнейшую негодность и не вызовет интереса даже у мышей, которые любят селиться в подобных укромных местах.

Никита внимательно осмотрел подступы к землянке. Трава на тропе пошла в рост, и ничто не могло удержать ее буйства — ни выложенные у порога мелкие камушки, ни болотина, которая едва ли не вплотную подступала к стенам.

Следовательно, строение было заброшено, и последний раз люди сюда наведывались очень давно.

Никита с трудом отворил дверь и прошел в землянку. Пахло застоявшейся сыростью. Включив фонарь, он увидел полнейшее разорение. Нары были выворочены с корнем, исчезли две сетки от панцирных кроватей, которые так удобно применять при промывке породы. Посуды тоже никакой — все растащили, стервецы! Никиту неприятно покоробило увиденное, так нормальные люди никогда не делают. Любому хитнику известно, что приходится тащить на себе последний гвоздь, испытывая при доставке массу всевозможных трудностей.

А потому чужой труд полагается ценить так же, как и свой собственный. Хорошо, что хоть землянку не подожгли! Случается и такое.

И попробуй найди тогда алмазы!

Никита посветил фонариком в противоположную стену, туда, где раньше располагались нары. И тотчас горячей волной его обожгло разочарование — ничего не было видно, похожего на то, что эта часть стены могла использоваться в качестве тайного хранилища. Бревна поросли мхом, их уже давно не тревожили, и ничто даже не намекало на то, что где-то здесь может находиться схрон.

Лишь внимательно присмотревшись, Зиновьев разглядел, что самое нижнее бревно слегка выступало вперед. А вот и распил, едва заметный. Никита попробовал отодвинуть бревно, оно лишь слегка пошевелилось, не желая отступать в сторону. Чем бы его подцепить? Посветив в углы, он заметил кочергу, здесь же торчала и старенькая лопата. Вот и все ценности. Возможно, и их унесли бы с собой непрошеные гости, но кочерга была кривой и малость тяжеловатой, а у лопаты сломан черенок. Хотя не исключено, что при следующем своем визите они заберут и это нехитрое хозяйство.

Воткнув кочергу в расщелину, Никита попытался повернуть тяжелое бревно. Двинулось оно неохотно. Сначала сантиметра на полтора, а когда Зиновьев просунул рычаг поглубже, наваливаясь на металлический прут всем телом, оно все-таки тронулось с места и, тяжело повернувшись, показало уголок металлического ящика. Зиновьев невольно сглотнул набежавшую слюну. Теперь работа пойдет побыстрее, можно прокрутить бревно по оси.