— Вы можете уходить, — разрешил он. — Своё дело вы уже сделали. Большое вам спасибо. Доложите Севостьянихину, что бьёмся, пока патроны есть, а потом уходим, пусть он нас поддержит огнём и манёвром.

Манёвром, конечно, вряд ли, потому что БТРы берегут, как зеницу ока, а огнём даже очень могут, подумал Игорь.

— Пожалуйста, — недовольным тоном ответил Алексей Ногинский, а остальные потупились и принялись изучать пол под ногами. — Только… только мы тоже хотим дагам свечку вставить за наши мучения. Правильно, ребята?

— Правильно, — вздохнули его бойцы без особого энтузиазма, отмыться им, конечно, было бы надо да отдохнуть после такой нервотрёпки.

И они обиженно поплелись в третью секцию, чтобы держать левый фланг, который выходил к кинотеатру «Космос».

Повоюем с полчасика, решил Игорь, а потом видно будет.

Хорошая получилась позиция: длинная и одновременно компактная, охватывающая сразу три улицы, а главное — прикрытая с тыла своими. И оружия навалом — воюй не хочу, и бойцы, как никогда, воодушевлены, и всё-таки Игорю что-то было не по душе. Боялся он за Олега Вепрева, за его необузданный нрав, за бешенство.

Глупость может Олег совершить. А ещё не любил он, когда всё гладко, как по накатанной дороге. Судьбу ведь не обманешь — слишком долго они все воевали и знали, что просто так всё не получается, за лёгкость и удачу придётся заплатить, только чем и как, пока ещё никто не знал, в общих чертах разве что: ранят кого-нибудь или убьют, не хотелось умирать, когда только жить начинаешь.

Всё-таки моджахеды оказались хорошими бойцами. Не пошли на рожон, правда, сгоряча выскочили из-за речки, но Олег Вепрев тотчас загнал их назад из своего «корда», и они, конечно же, стали искать обходы и не показывались минут пятнадцать, только мелькнули вдалеке, не достанешь, заходя со стороны Университетской.

Вот когда Игорь пожалел, что там нет наших огневых точек — врубили бы по полной, да сил не было. Севостьянихин за это время связь оборвал: доложи ему, что да как, да дай полную картину дислокации — ну, понятно, чтобы, если что, своих не накрыть.

Игорь доложил подробно, что трое воевать долго не смогут, что боеприпасов часа на два боя, что можно присылать людей.

— А в остальном без изменений, — добавил он.

Но Севостьянихин людей не прислал и даже не объяснил, почему. Может, некогда было, а может, не решился открытым-то текстом. Боевики тоже не дураки — кинутся на штурм гостиницы, и поминай как звали. А лишиться базы — смерти подобно. Да и нет у Севостьянихина обстрелянных людей. Откуда им взяться? Разве что Драганов или Котляров. Но это последний резерв.

— Ты, если что, — приказал Севостьянихин, — не геройствуй. Сразу уходи, мы тебе поможем.