Ни первого, ни второго, ни третьего в глаза не видели, но поди ж ты. Как телепиар расставил приоритеты… А может, и не зря именно так и расставил, скрывая истинные чудеса.

На работе я впервые проигнорировала строгий и порицающий взор шефы из-за модных красных очков. Даже два взгляда. Один – из-за опоздания на полминуты, второй – из-за сарафана. Заглянув в конференц-зал, где у интерактивной доски, вооружённая распечатками и длинной рыжей линейкой, царила Виталина Марковна, и обнаружив лишь одно свободное место в углу, я мышью прошмыгнула мимо коллег и уселась на стул.

Шефа, наградив меня третьим красноречивым взглядом, начала вещать. Новые темы на следующий номер, подбор «хвостов» по старым заданиям, статистика продаж «киосочной» розницы, ежемесячной подписки и опта, нагоняй рекламщикам, пистон журналистам… И всё это было так обыденно и угнетающе скучно… Слишком… предательски по отношению к ночной гостье. Что из того, о чем вдохновенно вещает Виталина Марковна, я ещё не слышала, за семь-то лет под её началом?..

Я достала блокнот с ручкой и погрузилась в ночное волшебство. Детально описала сон, перечитала и задала себе несколько насущных вопросов:

+ как пять лет в некой «западне» женщина обходилась без еды-воды?

+ как не тронулась умом в ожидании подмоги?

+ а если я имею дело с сумасшедшей… то стоит ли иметь с ней дело?

+ и если искать, то с чего начинать? При следующей «встрече» во сне поставить её перед фактом и стребовать объяснения?

– У меня оборотень, – рассеянно отозвалась я, отмечая в блокноте цель номер один: сходить к женщине, у которой я полгода назад снимала комнату и нашла ту самую папку с «бабочками».

– Не поняла… – в эти два слова шефа всегда ухитрялась вкладывать бездну эмоциональных оттенков, от недоумения и ожидания до провокации и угрозы.

Я, само собой, не рискнула выступать с новой темой, понимая, что на сегодня чудачеств хватит. И, искоса глянув на Виталину Марковну, торопливо объяснила:

– Ещё две недели назад вы просили съездить в садовое общество «Тихий берег» и навести справки об одном ряженом приду… об оборотне, – поправилась быстро. – Мне люди оттуда с четверга звонят и спрашивают, когда мы про них напишем. И когда мы про них напишем? – я решилась взглянуть на шефу.

В конференц-зале повисло гробовое молчание. Коллеги замерли, прекратив шелестеть блокнотами, и уставились на меня все как один. Я силой воли заставила себя не елозить на стуле. Пищи для сплетен – на неделю хватит… Я уже слышу, как они шушукаются в курилке и столовке, обсуждая мою внезапную смелость.

Виталина Марковна склонила голову набок, нахмурилась, шевельнула губами, что-то подсчитывая, и позвала:

– У? – тучная начальница рекламного отдела, как обычно, спала.