— И Лэнг… Вся компания паскудника, который уровнем своей силы привлёк такой же сброд, каким по сути является. Блин… а если проклятие не сработает?»

Додумать мне не позволило оживление упырей, считающих себя молодыми мужчинами. По мне, таким даже двадцать четыре года существования не помогают стать ответственным за свои поступки и слова.

— Лэнг! Гляди! Твоя цыпа!

— Цып-цып-цыпа… куд-куда путь держишь?!

Фыркнув, оценила примитивный юмор этих одноклеточных, жизненная цель которых — репродукция, а все интересы неукоснительно стянуты в зону паха.

Даррелл молчал. Судя по лицу, парень вообще злился. Естественно на меня. Приструнить своих дружков явно никто не собирался.

Заметив презрение со стороны ещё одного индивидуума, глаза которого загорелись нехорошим обещанием, решила остановить выбор на нём.

«Будешь моим подопытным хорьком».

Брюнет, будто почувствовав моё решение, оттолкнулся от спинки лавочки и поднялся под мечущимся взглядом Лэнга.

Женишок явно паниковал. Видимо, негласным лидером был всё-таки не он.

— Тише, Даррелл. Ничего я твоей очаровательной невесте не сделаю… Право первопроходца всё равно принадлежит мне, — грянул гогот со всех сторон. — А ты, потом, так и быть, забирай её в жёны. Но пробу снять не помешает.

«Ах, ты… мерзота! — Зашлась я в бешеной ненависти, старательно контролируя свои движения. — Пусть лучше думают, что на мне какой оберег… Не хватало, чтобы решили, будто я напала на герцогского наследника. Отец Мортона — слишком важная персона в Каримской империи. То ли на седьмом, то ли на восьмом месте в списке претендентов на трон…»

Паршивец с подозрительным прищуром сделал пару шагов, замирая напротив меня.

Он не спешил. Если Лэнг бездумно хапал своё, то этот «Шер» осторожничал. Я бы даже сказала — медлил. Мортон, чем больше вглядывался в меня, тем больше терял хищный запал.

«Наблюдательный гадёныш…»

Мне пришлось ловить говнюка на слабо.

Лицо Шермана исказилось яростью.

Наследник герцога Мортона резко дёрнулся вперёд, планируя схватить меня за шею.

Парня скрутило и отбросило метров на тридцать. Я даже присвистнула, довольно расплываясь в улыбке.

«Очаровательно! Вот это я называю — «Проклятье»!

Поднялась суматоха. Трое парней кинулись к Мортону, двое попытались схватить меня до выяснения обстоятельств, но их живо разметало по кустам с характерным для сучек писком.

Лэнг, белый, как мрачные стены больниц, остался стоять на месте.

Подарив ему кровожадную улыбку, со спокойной совестью отправилась спать, даже не переживая, что кто-то из детишек элиты кинется мне наперевес.

«А хорошо день прошёл!»

Коварная Оливия Ленокс

Оживление в студенческой столовой резко поубавилось, когда мы с Розой перешагнули храм вкусняшек.