— И пришел я по делу… — продолжил я, справившись с ее пряжкой и крючками на поясе.

— Ты наглый, самоуверенный тип! — Наталья Петровна больше не пыталась сразить меня ментальной атакой, хотя я чувствовал ее давление.

— А давай, из сказанного тобой оставим только слово «уверенный». Разве мужчина должен быть иным? — я взял ее ладонь и поднес к своим губам, не прекращая смотреть в глаза Баронессы.

— Говори, по какому делу, — Бондарева не пыталась вырвать свою руку, и эта мелочь уже была хорошим знаком.

— По делу нашего веселого Сэма, — я поцеловал ее пальчики. — Сейчас мне с Элизабет придется уйти. Опасаюсь оставить тебя наедине с ним.

— В каком смысле, опасаешься? Я гораздо больше опасаюсь оставаться наедине с тобой, чем с Бабским, — Наташа усмехнулась с заметным ехидством.

— В смысле таком, что я в нем по-прежнему очень не уверен. Ты можешь отвлечься, что-то не уследить. Предположим, он — человечек засланный и у него есть какие-то опасные заготовки. Сама понимаешь, здесь много разных вариантов: снотворное в чай или нечто похуже, ментальная атака, которую ты не ждешь, просто тупо физическая сила, завладение эйхосом, который у тебя — все это, разумеется, крайне маловероятно, но надо перестраховаться, — пояснил я.

— Чтобы всего этого гарантированно не случилось, его не нужно было брать в группу, — с недовольством повторила она то, что уже говорила много раз.

Признаться, я начал сожалеть, что привез в Лондон проблему по имени «Сэм». Можно было поработать с ним «Инквизитором» еще до нашего вылета, но, с другой стороны, у меня не было на это времени. И проблемы… они разнообразят мою жизнь. В этом вопросе Наташа меня просто не поймет, и вряд ли кто поймет пока не проживет с десяток другой жизней.

— Давай ты не будешь делать меня во всем виноватым, и мы будем исходить из реальностей? — предложил я.

— Как скажешь. Решения начальства не обсуждаются, — наверное этими словами Бондарева хотела меня поддеть.

— Есть три варианта. Первый, я его запираю в туалете. Шутка, — я рассмеялся. — Хотя для такого шутника как Леша ее вполне можно претворить в жизнь. Второй: я его беру с нами, что крайне нежелательно. И третий: рискну оставить его с тобой.

— Вариант три. Я не беззащитная девочка, а штабс-капитан, получившая звание вовсе не за красивые глаза и ноги. Я обладаю приемами рукопашного боя. Конечно, мои навыки далеки от совершенства, но постоять за себя могу. В серьезных вопросах я гораздо более внимательна чем ты, и неожиданной ментальной атакой он меня точно не пробьет. И до вашего возвращения чай я не собираюсь пить, хоть со снотворным, хоть без.

— Ты прекрасна. Дай поцелую, — я обвил рукой ее талию.

— Руки! И губы тоже! — она уперла ладонь в мой подбородок. — И на выход. Можешь спокойно идти на вокзал со своей Элизабет.