Илья, закусив губу, смотрел в окно и нервно постукивал пальцами по колену, а я тайком рассматривала его руки. Они были точь-в-точь как на том фото — сильные, красивые, аккуратные — за одним лишь исключением: сейчас на светлой коже неровными красными пятнами выделялись ободранные костяшки.

— Больно? — тихо спросила я.

— Что? — не понял Илья и повернулся ко мне. Я кивнула на его боевое ранение:

— Ну вот же, у тебя тут кровит немного.

— А, это, — он покрутил рукой, придирчиво рассматривая содранную кожу. — Да забей, ничего страшного, заживет.

Снова отвернулся к окну и, явно думая о чем-то своем, поднес ладонь к губам и задумчиво лизнул самую яркую царапину.

Вроде бы ничего такого, но на меня это простое движение подействовало как-то странно. Я вдруг вспомнила, как держала во рту его пальцы — вот эти самые! Как обсасывала их, обводя языком фаланги, чувствуя сладость меда и приятную гладкость кожи. Вспомнила, как он трахал меня этими пальцами в ресторане. А потом облизал их. И сказал, что я… вкусная…

А потом еще одним вьетнамским флэшбеком мне прилетело воспоминание о той фотке, где его рука — вот эта рука! прям та самая, что сейчас передо мной! — обхватывает член. Красивый, крупный, возбужденный член с яркой головкой.

Я почувствовала, что краснею, но это нисколько не помешало мне упереться взглядом ему в ширинку. И смотреть туда, параллельно вспоминая ту фотографию. Сравнивая, представляя…

Я судорожно вздохнула, и это прозвучало неожиданно громко.

— Что такое? — Илья повернул ко мне голову. И непонимающе нахмурился. — Дина?

— Э-э-э, ничего, — я залилась краской и смущенно заерзала. — Я просто… задумалась.

— Поняяяятно! — протянул он и вдруг так порнографически ухмыльнулся, что у меня просто дух вышибло.

Блин! Это Эл. Сто процентов он! Я столько раз слышала эту ухмылку в его голосе, но первый раз увидела ее вживую. И выглядело это адски горячо! Похоже, что скромный ботаник Илья Кашнов может быть очень даже обаятельной скотиной, если захочет. Интересно, а он сам это понимает?

— Вот этот дом? — наконец подал голос наш молчаливый водитель, останавливая машину.

— Ой, да! Этот! — спохватилась я. — Спасибо!

Илья вышел из машины, помог выбраться мне, по-джентльменски подав руку, и мы пошли к моему подъезду. Вот тут меня и накрыло осознанием: а Эл, то есть Илья, ведь не в курсе, что мы с ним из разных социальных слоев. А как только мы зайдем в мою квартиру, это станет более чем очевидно. Да даже раньше! Наш обшарпанный подъезд очень красноречиво говорит о том, что семья здесь проживает с довольно скромным достатком.

— Стой! — выпалила я и остановилась. — Мне надо тебе кое-что сказать! Одну тайну!

— Да? — напрягся Илья.

— В общем… я понимаю, что в универе кажется, будто я такая же, как наши девочки.