Я и поехал сюда, решил посмотреть, что происходит. Пошел к колесу, увидел твою оранжевую куртку через стекло кабинки. Только собрался замминистру МЧС звонить, а вас уже начали выпускать.

Замминистру? Он же шутит, да?

Ну, конечно, шутит. Или… нет?

Я вопросительно посмотрела на Илью, по-прежнему продолжая держаться за его руку, но Илья, против обыкновения, не обратил на мой взгляд никакого внимания. Он вообще был почему-то ужасно напряжен. С чего это? Из-за папы что ли? У них плохие отношения?

— Познакомишь? — спросил его отец, кивнув на меня.

— Да, — вздохнул Илья с таким видом, как будто не очень хотел это делать.

Это меня немного обидело. Я решила, что вообще-то нахожусь тут в качестве девушки, а не декорации, так что вполне могу поучаствовать в разговоре, и дружелюбно улыбнулась отцу Ильи.

— Здравствуйте! Да я могу и сама представиться. Меня Дина зовут. Артамонова.

— Очень приятно, — он неожиданно протянул мне широкую крепкую руку, и я растерянно ее пожала. — Максим Владимирович Кашнов. Можно на «ты» и по имени.

Что-то я слабо была уверена в том, что смогу когда-либо обратиться к этому человеку на «ты». Максим Владимирович почему-то внушал мне трепет. Он был таким же высоким, как Илья, но гораздо шире его в плечах, крепче и жестче. Смотрелся лет на тридцать пять-сорок, но, учитывая возраст Ильи, ему явно было больше. Сорок четыре, может. Или сорок восемь. Но выглядел он тем не менее охренительно. Если бы я любила мужчин постарше, уже бы писала кипятком. Его темные густые волосы, идеально подстриженные, чуть растрепались, взгляд золотисто-карих глаз напоминал тигриный — такой же хищный и безжалостный. О жесткости говорила и упрямая линия рта, который был совсем не таким мягким и чувственным, как у Ильи. Вообще, если это его папа, то сразу возникает вопрос, не приемный ли Илья, потому что общего у них не было ровным счетом ничего. Во всяком случае во внешности.

— Не замерзли там? Сколько сидели? — спросил Максим Кашнов.

— Все в порядке, пап, — с нажимом ответил Илья. — Я же сказал тебе уже.

— Вообще-то замерзли, — вмешалась я, смущенно улыбаясь. — Часа полтора точно там куковали, я ног практически не чувствую.

Илья вдруг грубо выматерился, сгреб меня в охапку и слегка встряхнул:

— С ума сошла, Дина? — зло выдохнул он. — Почему не сказала мне? Хочешь без ног остаться?

— Я думала, что у тебя то же самое, — пролепетала я. — Мы же вместе там сидели.

— У меня ботинки на мембране, солнышко! Я в них даже в горах не мерз. Ну что ж ты у меня такая…

— В машину, — коротко приказал отец Ильи. И тот, поморщившись, точно от боли, кивнул. Подхватил меня на руки и, не слушая моих писклявых возражений, потащил к парковке.

А там его папа пикнул своим брелком, и в ответ мигнула фарами роскошная тачка необычного зеленого цвета.