За своё бл…во должна ответить. Иначе грош цена моим словам. Сложил ремень вдвое. Женщина посмотрела на меня, потом перевернулась молча на живот. На этот раз получила шесть ударов по заднице. Она не издала ни звука, только вздрагивала каждый раз, как ремень был по её ягодицам.

— Теперь слушай меня сюда. Больше ты меня так не поймаешь. Я тебя предупреждал, что за каждый свой косяк будешь наказана. И так будет продолжаться, пока мы не выполним контракт. А сейчас встала, иди в душ. Потом поедем в диспансер. Я должен быть уверен, что тебя не накачали всякой заразой типа сифилис, СПИД и прочая гонорея.

Резче!

Отстегнул её от спинки кровати. Кристина молча встала и пошатываясь ушла в душ. Я её контролировал. Заодно велел горничной принести крем, чтобы смазать ей испоротую задницу. Потом смазывал ей кожу. Она подчинялась. Так ни слова и не проронила. В вендиспансер съездили. Кристина сдала анализы. Вроде была чистая.

Вестрен в борделе имел последствия. На меня накатали заяву трое. Лёлик заявление не писал, но пригрозил мне расправой. Там за Лёлика въехали серьёзные ребята. Причём звонили они моему тестю. Тесть ухмыляясь предложил, чтобы встретились мы двое — я и Лёлик, и решили всё по понятиям.

Мы встретились, за городом. Но Лёлик драться со мной желанием не горел. Я послал его, сказал, что в следующий раз, если он пустит в бордель мою жену, я ему яйца оторву и сожрать заставлю.

Вроде тесть проблему решил. Со всеми. Только дал понять, что его дочь замужем, муж отморозок и лучше Кристину не пускать в «приличные» заведения. В противном случае он тоже может применить репрессии. Ссорится со Штерном никто не собирался, особенно из-за его отмороженной дочери.

По этому по умолчанию решили, что Кристина с этого момента персона нон-грата в тусовках. Но позже тесть мне сказал, что народ с большим вниманием стал следить за нашей Санта-Барбарой. Даже делали ставки, сколько я продержусь. Больше всех суетился бывший муж Кристины, которого она в своё время опустила ниже уровня плинтуса, выгнав его в первую брачную ночь из спальни, всунув новобрачному свои трусики, чтобы он их нюхал и облизывал, а сама притащила туда двух его друзей, с которыми и пропрыгала почти всю ночь. М-да, весёлая у них свадьба была!

Испытывал ли я ревность, практически стащив её с парня? Нет.

Злость испытывал и то, только за то, что она меня поимела, как лоха и ещё ремнём избила. Ревность можно испытывать к тому, кого любишь. А здесь любовью даже не пахло. Да я был её мужем, да я спал с ней и занимался сексом. Но и только. Хотя не скрою она была красивой женщиной. Но красивых много, как и не очень красивых. Но любишь только одну. И пусть она не красавица для остальных, но для тебя красивее её нет никого больше на свете. Здесь же был полный ноль.