Всё смотрела и смотрела на Льва и Аллу, и каждый взгляд на них приводил меня в ещё большую растерянность. Подруга была так расстроена из-за происходящего, что такой, пожалуй, я не видела её даже в момент их развода с мужем Германом.

– Мам! Я бабушку отправила домой, – раздался голос Даши от двери в квартиру, и я ринулась к дочери.

Взяла её за плечи и всмотрелась в любимое личико. Она была собрана и спокойна, это хоть немного сбросило тот груз, что лежал у меня на душе.

– Мы с твоим папой и тётей Аллой побеседовали. Они отрицают… ну, всё то, что ты видела. Я вроде всё проверила…

Я говорила и понимала, как абсурдно всё это звучит. И с каждым словом чувствовала, что Даша отстраняется.

– Ты мне не веришь? – спросила она, и столько ледяного спокойствия было в её голосе, что мне стало окончательно не по себе.

– Я хочу разобраться во всём, Даш. Но тебя обижать не позволю в любом случае.

Она хмыкнула и вдруг… пошла на кухню. Моя маленькая храбрая девочка, у которой мне ещё стоило поучиться. Зайдя следом за ней, я встала так, чтобы оказаться между нею и Аллой со Львом. Молчание между нами всеми угнетало, но я попросту не понимала, с чего начать.

– Дашенька, что ты такое придумала, а? – обратился к дочери Лев, когда пауза затянулась настолько, что мне почудилось, будто мы все попали в вакуум.

– Папа, я ничего нового тебе не скажу. Ты предатель! Я всё видела! Видела вас двоих в постели!

Спокойствие оказалось наносным. В голоске Даши прорезались нотки истерики.

– Дашунь, спокойно. Я на твоей стороне и я с тобой, – сказала, обернувшись.

Нет, я не должна была стоять между нею и Аллой со Львом. Я должна была быть рядом. Сделав шаг к дочери, я обняла её одной рукой. Почувствовала, что Даша дрожит, а потом услышала рваный судорожный вздох.

– Я тебе верю, – сказала ей.

Говорила то, что чувствую. Даже если дочь лжёт – в чём я уже очень сомневалась – ей нужно, чтобы я была рядом.

– В смысле, ты ей веришь? – воскликнула Алла, вскакивая с места. – Олесь… ты что? У подростков такое бывает. Знаешь, Тоша тоже мне выдавал всякое! Но рушить из-за этого ту дружбу, которой столько лет?

Она подошла ко мне и Даше, схватила меня за руку и впилась взглядом в моё лицо. Её глаза буквально пылали криком: поверь! Поверь в то, что всё это просто какое-то недоразумение. Жуткое, странное, страшное… но не имеющее к реальности никакого отношения.

– Дарья устала с дороги, – сказала я, призывая на помощь все силы. – Ей нужно отдохнуть.

Снова со стороны дочери послышался судорожный всхлип, в котором я чувствовала облегчение. Я всё делала правильно.

– Алла, до встречи, – обратилась к подруге. – Лев, тебя прошу переночевать у родителей. Или где тебе будет удобно.