Постепенно он все более и более снижал значение этого судебного разбирательства, низводя его до уровня провинциальных пересудов, и утверждал, что пройдет некоторое время, и люди будут только удивляться, что подняли столько шума из ничего.

– Он нравится женщинам, – тихо проговорил Дегре, – а мы, представители сильного пола, удивляемся, почему при своей далеко не привлекательной внешности он вызывает у южанок столь пылкие чувства. О господа, не будем брать на себя слишком много! Ведь с тех пор, как существует мир, разве кто-нибудь сумел разобраться в сердце женщины и понять, что порождает в ней страсть? Так давайте же с уважением остановимся на пороге этой тайны! Иначе нам придется сжечь всех женщин!.

.

Раздались смех и аплодисменты, но Бурье, вскочив, прервал их.

– Хватит ломать комедию! – крикнул он, меняясь в лице. – Вы издеваетесь над судом и над церковью. Уж не забыли ли вы, что обвинение в колдовстве первоначально исходило от архиепископа? Уж не забыли ли вы, что главный свидетель обвинения – монах, и что подсудимый был подвергнут процедуре «изгнания беса» по всем правилам и процедура эта доказала, что он – приспешник сатаны?

– Я ничего не забыл, господин Бурье, – серьезно ответил Дегре, – я и сейчас отвечу вам.

Да, верно, впервые обвинение в колдовстве было выдвинуто против графа де Пейрака архиепископом Тулузским, с которым у него было давнее соперничество. Сожалеет ли сейчас достопочтенный прелат об этом несдержанном поступке, который он совершил в минуту озлобления? Хочу верить, что да, тем более что у меня в досье имеется обращение его преосвященства мессира де Фонтенака, в котором он требует, чтобы дело Графа де Пейрака разбирал церковный суд, и заявляет, что любой приговор, вынесенный светским судом, не найдет у него поддержки. Он решительно отмежевывается также – у меня есть его письмо, господа, и я могу зачитать его вам – от всех показаний того, кого вы называете здесь главным свидетелем обвинения, – от показаний монаха Конана Беше. Я напоминаю вам, что этот монах, исступленное поведение которого вызывает по меньшей мере подозрение у любого здравомыслящего человека, несет ответственность за результаты той единственной процедуры «изгнания беса», на которую, судя по всему, опирается обвинение. Эта процедура была произведена в Бастилии четвертого декабря прошлого года в присутствии святых отцов Фрела и Жонатана, которые находятся здесь. Я не оспариваю подлинности акта о процедуре «изгнания беса», он действительно был составлен этим монахом и его помощниками, о личности которых я не берусь судить, не зная, поступили ли они так по легковерию, по невежеству, или же они – сообщники Беше. Но я оспариваю законность проведения процедуры! – воскликнул Дегре громовым голосом.