Не оборачиваюсь, но чувствую, как Назар встает позади меня и ставит руки на спинку моего стула.

— Извини, Назар, не знала, она пришла одна.

— От рук отбилась, — усмехается он, а у меня мурашки разбегаются по коже. — Ещё неопытная, мы в процессе воспитания. — Женщина кивает, встаёт и пересаживается назад за свой столик. — Нижние не приходят сюда без сопровождения и разрешения верхних, — шепчет он мне, наклоняясь к уху. — На тебя только что положила глаз знатная садистка, — в его голосе проскальзывают нотки злости.

— Я… — пытаюсь оправдаться и задыхаюсь от эмоций. Он так близко, а я скучала сильнее, чем думала.

— Молчи! — приказывает он, и я кусаю губы. На мою шею ложится кожаный ошейник и застёгивается сзади. Чувствую прикосновение его пальцев к шее и плыву, мне плевать, что мы в клубе и вокруг нас люди. Я дома, в самых надёжных руках. Я тосковала по этим рукам. Слышу щелчок карабина, звон цепочки, и ласковые пальцы поправляют волосы. — Вставай!

Поднимаюсь, а ноги подкашиваются. Хочется всего и сразу: его рук губ, прижаться к сильному телу, уткнуться в шею, вдыхать любимый запах и благодарить за то, что рядом и заботится обо мне. Но Назар дёргает поводок, и я покорно иду за ним. Мы выходим из зала и поднимаемся вверх. Мужчина, как всегда, неотразим, в идеально выглаженной рубашке с высоким воротником и стильном пиджаке. Смотрю ему в спину и улыбаюсь. Вот он — мой мужчина, мой мастер, и он великолепен! Назар открывает двери одной из комнат, входит и тянет меня за собой. Осматриваюсь: кожаный диван, кушетка, шкаф, и крест с кожаной обивкой на стене. Назар закрывает дверь и дёргает поводок, так, чтобы я впечаталась в его тело.

— И как ты здесь оказалась? М? — строго спрашивает. — Что за самоуправство?!

— Я хотела вас увидеть, Мастер, — отвечаю, а сама наслаждаюсь его близостью.

Разговаривает он со мной резко, но темные глубокие глаза горят восхищением, а руки на моей талии поглаживают тело. И у меня все внутри сладко сжимается.

— Я разве спрашивал, зачем ты здесь? Я спросил — как ты сюда попала? — вкрадчиво интересуется, а сам опускает взгляд на мои губы. А я молчу, потому что обещала не сдавать Мари. — Оксана! — Кусаю губы и улыбаюсь. — Ммм, какая плохая девочка, выпрашивает наказание, — усмехается он и отпускает меня, а сам дышит глубоко.

Я развязываю платье, снимаю его с себя и вешаю на спинку дивана, и под его пристальным взглядом опускаюсь на колени на ковер. Сажусь на пятки, опуская глаза в пол и замираю. Дальше я не принадлежу себе, руководить будет он.

— Зачем ты здесь? — уже серьезно и четко спрашивает он. Слышу, как ходит по комнате и снимает пиджак.

— Чтобы отдаться в руки мастера, — отвечаю. — Навсегда, — добавляю и замираю.

Тишина. Улавливаю его глубокий вдох.