Ира не могла поверить, что прошло уже несколько месяцев после того, как они с Джабаем сыграли свадьбу.

Первая брачная ночь запомнилась ей болью, сладостью и ощущением бесконечного восторга. Несмотря на то что принять в себя Джабая в первый раз было довольно болезненно, Ирина не стала зацикливаться на этом моменте, стараясь сосредоточиться на многочисленных ласках и ощущении принадлежности.

Одного раза ящеру явно было мало, но он все-таки подчинился, когда Ирина сказала ему, что ей требуется время для восстановления. Впрочем, это никак не могло лишить их уже привычных ласк губами и руками.

Ира не рассчитывала, что забеременеет сразу. Да и, честно говоря, слегка опасалась этого. В конце концов, уровень медицины в этом месте не стал выше. Его просто не было. Травы и коренья, конечно, помогали, но никак не могли заменить квалифицированную помощь дипломированных врачей.

Кроме того, она не могла отрицать, что их с Джабаем виды все-таки отличались, пусть ящеры и имели в структуре своей ДНК часть от человека. Но вторая половина принадлежала динозаврам. И эта особенность могла сыграть с ними злую шутку.

Даже если они могли иметь совместных детей, никто не мог гарантировать результата с первого раза.

Так она думала, пока однажды не ощутила тошноту.

Это могло быть простым отравлением или временным явлением, но Ирина сразу поняла – оно!

Стоило ей осознать это, как все краски схлынули с ее лица. Она снова подумала о том, что здесь нет больниц, врачей и лекарств. Никто не придет ей на помощь, если возникнут какие-то проблемы.

Эта мысль была первой, но ее смыло осознание, что внутри нее зародилось живое существо, которое в будущем станет самостоятельной личностью.

Восхитительное чувство завладело ей полностью. Она помнила, как в тот момент глупо улыбалась и ничего не могла с собой поделать. И ее не волновало, каким родится ребенок, зачатый человеком и ящером.

Не было никаких сомнений, что он будет самым необыкновенным.

По-другому и быть не могло.

Ирина, конечно, не стала сразу говорить Джабаю о своем положении.

После того как первая эйфория схлынула, она забеспокоилась. Ира помнила, что ящерки не рожают детей в прямом смысле этого слова, а откладывают яйца.

Тогда что растет внутри нее? Ребенок или яйцо?

Мысль была тревожной, но, обдумав ее как следует, Ира решила, что не должна так сильно беспокоиться, иначе это может навредить и ей, и ребенку.

Джабаю она сказала, только когда живот стал заметен. Она до сих пор помнит, каким глупым стало лицо ящера. Он выглядел так, словно его несколько раз стукнули пыльным мешком. Пару минут ящер совсем не двигался, выпав из мира.

А потом начался натуральный кошмар."

"Джабай, судя по всему, и сам понимал, насколько все неопределенно. И это явно сводило его с ума.