Он так и не смог заставить себя простить мать. Даже после ее смерти. Именно ее поступки открыли ему глаза на лживую эгоистичную сущность женского пола. Мать Лоренцо всегда утверждала, что развелась с его отцом только для того, чтобы сыну не пришлось расти в несчастливой семье. Разумеется, она лгала. В объятиях любовника, которого предпочла мужу и сыну, она меньше всего думала о чувствах ребенка.

Автомобиль подбрасывало на неровной дороге, но Лоренцо не снизил скорость. Завернув за поворот, он громко выругался, когда впереди увидел машину, преграждающую путь. Рядом с ней стояла молодая женщина.

Услышав скрип тормозов, Джоди вздрогнула. Обдав ее облаком пыли, «феррари» остановился в нескольких дюймах.

Он, наверное, сумасшедший, раз гнал в темноте по такой дороге, подумала она, глядя на идущего к ней водителя, изрыгающего поток ругательств на итальянском.

Нет, она больше не позволит ни одному мужчине запугать себя.

– Вы закончили? – спросила Джоди, враждебно глядя на него. – Для начала, я не итальянка, а англичанка и…

– Англичанка? – Он произнес это слово так, будто никогда не слышал его. – Что вы здесь делаете? Это частная дорога. Она ведет только к Кастильо. – Вопросы обрушились на нее подобно множеству острых кинжалов.

– Я не туда повернула, – защищалась Джоди. – Я собиралась поехать назад, но заднее колесо застряло, и шина спустилась.

Девушка была худой и бледной. Золотисто-карие глаза казались огромными на изможденном личике. Она похожа на подростка, причем плохо питающегося, подумал Лоренцо, разглядывая опущенные плечи, едва заметную грудь, узкую талию и неожиданно длинные ноги, обтянутые джинсами.

– Сколько вам лет? – спросил он. Сколько ей лет? Почему он спрашивает об этом?

– Двадцать шесть, – сухо ответила Джоди, вскидывая подбородок.

Она не позволит ему запугать себя, хотя он так потрясающе красив, что ей хочется убежать и спрятаться. Рядом с ним она просто ничтожество. Джоди непроизвольно дотронулась до больной ноги.

Двадцать шесть! Посмотрев на ее руки, Лоренцо нахмурился – ни одного кольца.

– Почему вы здесь одна?

Джоди почувствовала, что закипает.

– Напротив, это как раз мое дело, так как вы находитесь на моей земле.

Его земле? Что ж, вполне может быть. Она такая же негостеприимная, как и ее хозяин.

– Что вы имели в виду, когда сказали, что вы одна? – спросил он. – У вас непременно есть муж… или любовник. В вашей жизни должен быть мужчина.

Джоди поморщилась, затем горько рассмеялась.

– Я тоже так думала, – сердито пояснила она, – но, к несчастью для меня, он решил жениться на другой. Здесь, – она указала на окружающий пейзаж, – мы собирались провести медовый месяц.