Трудно сказать, каким ветром тебя занесло в это тело. Возможно, это какие-то сложные физические процессы, что мы вообще об этом знаем? Сознание - или душа? - в последний момент жизни переместилось в тело другой умирающей женщины. В другом мире. Вот только Юниа наверняка погибла в разбившемся самолете, а ты чудом выжила. Возможно, Айгер внес непредусмотренные коррективы в планы смерти. И теперь ты – как новый жилец в доме, откуда выехали прежние хозяева. Все там связано с ними, а ты просто пользуешься их вещами.

Так что Юниа Леандра теперь ты. И все, что было у нее, теперь твое. Как бы по наследству. Получается, тебе жить за двоих. В чужом мире. По крупицам восстанавливать жизнь женщины, тело которой тебе досталось. Очень даже роскошное тело, кстати.

Я ткнула в рисунок пальцем, и Герта назвала слова, обозначающие дочь и отца. А потом нарисовала рядом с троном короля еще один и на нем женщину с короной на голове.

- Тариса, - указала она на королеву. – Сола Эйра.

Что?! Моя дочь – королева?! А я – теща короля?!

А Герта продолжала рисовать. Эйре, сидящей на троне, одним штрихом добавила такой же огромный живот с младенцем.

- Рис Барт, - показала она на него.

Судя по форме имени, это был мальчик. Принц Барт. А я мало того что королевская теща, так еще и бабушка наследника престола. Ну просто зашибись! Хоть бы выяснить, сколько мне лет. Я пока не была знакома ни с цифрами, ни с системой исчисления времени. И не представляла, как к этому подступиться.

Впрочем, совсем не о том стоило беспокоиться. Даже если мне лет двести.

Эйра сердилась на меня и в чем-то упрекала. В любовной связи с ее мужем? А за что тогда на меня злился Айгер? Почему, в конце концов, я убежала в горы – одна, зимой, на верную смерть? И почему Эйра одета как нищенка, в какой-то убогий серый балахон?

От такого вала информации начала раскалываться голова, но я решила выяснить еще один момент. Если у меня есть муж, почему он не пришел ко мне? Среди мужчин, которые пытались со мной разговаривать, не было никого, кто поведением хоть как-то напоминал бы супруга. Или он не желает меня знать, поскольку я его опозорила?

- Герта, - я указала на рисунок, изображавший Индриса Леандро, - кто Индрис?

Она задумалась, потом быстро нарисовала мужчину, сидящего на маленьком стульчике рядом с королем. и еще что-то напоминающее могилу: холмик и плоский камень. Видимо, я вдова. А муж был – кем? Может, братом короля?

- Рис? – я снова указала на него.

- Нет, - возразила Герта и пририсовала ему в руки что-то вроде ключа. Видимо, он занимал какой-то важный государственный пост.

- Буду спать, - сказала я и отвернулась к стене, натянув одеяло до носа.

Влажный шорох – Герта вытерла доску и отставила ее в угол, а потом села на табурет и занялась вязанием: тихо зазвенели спицы.