Моя мама… С ней лучше не связываться, если идет речь о безопасности нашей семьи! Дед, никогда не вмешивающийся в политику, если эта политика не угрожает нашим жизням. Темная ведьма Инесс, любящая меня так сильно, словно я – ее собственная дочь.

Но ведь это еще не все! У нас полным-полно родственников-Медиаторов с внушающими уважение связями в Высших Мирах! Один из них – дядя Лайонелл, кажется, занимал какой-то пост в том самом Высшем Суде Верховного Престола! Я отлично помнила, что дед всегда отзывался о нем как о крайне разумном и добросердечном человеке.

Неужели дядя откажет забавной дочери архимага Логана в ее первой и, надеюсь, единственной просьбе ускорить процесс рассмотрения прошений бывшего Стража Тормиона Симонда?!

Это было огромное, убегающее за горизонт поле, уже со вчерашнего дня забитое людьми и повозками, и они все так же продолжали прибывать. Съезжались, сходились, подтягивались со всех сторон к небольшому холму в центре поля, где с раннего утра Кайден распахнул Грань. Груженые доверху телеги опасно подпрыгивали на ухабах, грозя растрясти свою поклажу. Их обгоняли отряды всадников на небольших лошадках и незнакомых мне животных, напоминавших маленьких, но прытких слоников. Со всех сторон до моего слуха доносился резкий говор на незнакомом языке, оклики, понукание животных. Плакали дети, испуганно и быстро переговаривались женщины, им вторили куда более уверенные мужские голоса.

Великий исход с Эллодара был в самом разгаре.

Надо мной пролетел огромный скат, похожий на черный, ворсистый ковер, с бахромой, трепещущей на ветру. Он тоже оказался битком набит людьми и тюками с поклажей. Заметив его приближение лишь в последнюю секунду, я непроизвольно втянула голову в плечи, хотя много раз обещала себе, что не выкажу ни малейших признаков беспокойства. Буду как… Например, как Кайден – спокойной и уверенной. К тому же, тревога мне совсем ни к лицу, ведь, окруженная слугами, я стояла подле величавой королевы Кэйтилин рядом с тем самым холмом, к которому с самого раннего утра шли жители Эллодара.

Мимо нас прогнали стадо мохнатых, круторогих коровенок, недовольно мычавших и мотавших головами. За ними проследовало еще одно. Ведомые пастухами, они поднялись на холм, чтобы исчезнуть за Гранью. Их примеру проследовали седобородые старейшины в светлых одеждах. Замерли ненадолго, уставившись на Кайдена, сжимающего в руке полыхающий амулет. Поклонились своему королю, затем ему, после чего, окинув взором поле – последний раз, прощаясь! – поклонились земле Эллодара, и только после этого шагнули за Грань. Впереди их ждало еще два перехода до Этерии, а там – новая жизнь вдали от пожирающего этот мир Хаоса.

Используя силу амулета, Кайден держал три Грани распахнутыми с самого утра.