При личном же общении о мужской привлекательности Свешникова не думаешь вообще, тут бы выжить. Вопросы задает самые разные, спрогнозировать, чем заинтересуется в следующий момент, невозможно, а не ответить нельзя.

Вызов к Самому – это всегда предынфарктное состояние с надеждой выйти пусть потрепанной, но с сохраненным достоинством.

Впрочем, до крыла небожителей, где обитали председатель, три его зама по разным направлениям, финансовый директор и главный бухгалтер, путь был неблизкий – как раз чтобы успеть настроиться и еще раз прокрутить в голове вопросы, которые могут возникнуть в ходе совещания, и свои ответы на них.

Повестка дня сегодняшнего сбора была известна – подготовка осенней линейки вкладов, но, как показывает практика, это ничего не значит.

Полина шла по коридору и пыталась сосредоточиться на предстоящем мероприятии. Обычно ей это прекрасно удавалось. Но не сегодня. Те слова про Гагры, которые она бросила в трубку подруге, шуткой были лишь отчасти. Полина устала, очень устала и хотела уехать. Куда-нибудь. Просто чтобы проветрить голову. Десятидневный июньский отпуск был уже забыт, да и желаемого облегчения он не принес. Потому что именно в тот момент происходил ввод на рынок новых карт с кешбэком, и весь расписанный медиаплан с утвержденным бюджетом, как всегда, забуксовал, потому что Полины Александровны не было на месте. В итоге она звонила из ресторана, из номера отеля, с давно запланированной индивидуальной экскурсии по Эрмитажу (боже, как она любила Петербург!), решая возникшие загвоздки с проплатой пакета на ТВ и радио, снова утрясала время выхода роликов, ругалась с бухгалтерией, которая без визирования Полины не проводила оплату, и отпуска почти не помнила. Кроме витрины с яйцами Фаберже, стоя перед которой как раз и ругалась с бухгалтерией, необыкновенного десерта «Павлова» – надо было чем-то себя порадовать после того, как все решилось с рекламой на ТВ, и балета «Спящая красавица» в Мариинке, потому что просто отключила телефон. И даже совесть не мучила.

Полина шла по коридору в крыло небожителей и думала о том, что сегодня пятница и завтра утром она рванет к Нонне в маленький городок на берегу реки, поставит этот чертов телефон на беззвучный режим и насладится жизнью. Лето не просто проходит – оно убегает, уже август перевалил за середину. Надо успеть. Они будут сидеть за столом под старой раскидистой яблоней и пить чай из самовара. Для этого случая в большом холщовом мешке всегда хранились сосновые шишки. Опускать эти шишки в самоварную трубу было целой церемонией.

Так вот, они будут сидеть под яблоней, пить чай из самовара и разговаривать о всякой важной ерунде, типа неудавшегося отпуска, приближающейся осени и молодежной моды.