Язык ее — широкий и короткий, ярко-розовый у кончика — выглядел слишком здоровым, младенческим.

— Да, — сказал я. — Вот так. Молодец. Только высунь на всю длину. В этом весь смысл. Широко открыть и далеко высунуть.

Помотала головой, закрыла рот, вытерла губы.

— Тебе нравится унижать женщин, да?

— Это не унижение. Это упражнение. Улучшает приток крови и развивает подвижность лицевых мышц. Попробуй еще раз. Две минуты.

— Ты говорил — одну.

— Теперь я хочу две. Давай. Сделай.

Она снова высунула его.

— Насчет глубокой глотки — это к моему другу. У меня есть друг, мы с ним вместе работаем. Он регулярно приводит сюда женщин. Не таких, как ты. Настоящих блядей. И предлагает все время одно и то же… Тяни язык. Тяни.

Ее глаза заслезились.

— Да. Вот так. Ты очень красивая. Слушай дальше. Он достает деньги. Пять пачек долларов, в каждой пачке — сто листов. Бумажки по одному доллару. В Москве они плохо ходят. Кому нужны однодолларовые бумажки, правильно? В общем, у нас накопилось почти три тысячи однодолларовых листов. И вот он показывает все это и говорит: сколько засунешь в рот, столько и унесешь. Но минимальное количество — четыре пачки. Не две, не три, именно четыре… Тяни язык!

Она сильно покраснела, но держалась.

— Еще немного, — я посмотрел на часы. — Меньше минуты. В общем, так он развлекается, друг мой. Уже полгода. Сначала ничего мне не говорил, а потом напились мы, в удачный день, — и он признался. Это, сказал, очень весело, а главное — познавательно. Три пачки обычно легко входят, а четвертая — с большим трудом. И то, если рот большой. Совать надо узким концом, разумеется. Они пихают в себя, давятся — а он наблюдает. Рассказывал, что одна, самая решительная, затолкала четыре пачки, а вынуть не смогла. Судорога лицевых мускулов! Он сам выдернул. Одной рукой за волосы держал, а другой тащил. Чувствую, говорит, не идет, а потом догадался: сначала вытянул одну пачку, которая в середине, и спас девушку…

Она закрыла рот и схватилась ладонями за щеки. Промычала:

— Челюсть не двигается.

— Мне кажется, я бы смогла.

— Взять в рот четыре пачки.

— Я тебе это не предлагаю. Мне кажется, это тебя унизит.

— Если тебе нужны деньги, я дам безо всяких игр. Просто так.

— Я не хочу просто так. Дай в долг.

— Нет. Если я дам тебе в долг, ты начнешь мне звонить. Как порядочная девушка. Два раза в месяц. Или даже раз в неделю. Ты будешь говорить: «Слушай, извини, пока не получается, но дней через десять — точно отдам…» Или: «Слушай, я не набрала всю сумму, есть только часть, давай увидимся сегодня…»

— Ты не хочешь, чтобы я тебе звонила?

— Нет. У меня жена. Ребенок. У меня работа. Я сижу здесь с утра до ночи. Покупаю деньги, продаю деньги, говорю о деньгах, думаю о них… Твои звонки будут меня бесить. А теперь — вставай. Я отвезу тебя домой.