– А, здравствуйте, Рой.

Несколько секунд он слушал, что ему говорили, все сильнее хмуря брови.

– Да, я думаю, получится. Дайте я у нее спрошу.

Он опустил телефон на плечо.

– Мой инспектор Рой приглашает нас сегодня вечером сходить куда-нибудь поужинать. С ним и его женой.

– Это обычный протокол для инспектора по надзору?

– Это обычный протокол для Роя Гудвина.

Я поднялась с матраса и хлопнула Бекетта по плечу.

– Не дуйся ты так, Коуплэнд! Человек хочет купить нам ужин? Скажи ему, что я за. Только ничего пафосного, ладно? Мой сосед из Вегаса еще не успел переслать мое бальное платье.

Бекетт снова прислонил телефон к уху.

– Да, Рой, мы сможем. Увидимся в семь.

Он закончил звонок и засунул телефон обратно в карман.

– В общем, ужин будет в семь.

– Почему у тебя такой вид, будто мы идем на стоматологическую операцию?

– Да нет. Все нормально.

– Мне нужно что-то знать заранее? Он будет задавать мне какие-то вопросы?

– У тебя были проблемы с законом?

– Однажды я перепрыгнула через турникет в метро, не заплатив за поездку. Это считается?

Он почти улыбнулся, но в следующее мгновение в его глазах вспыхнула какая-то мысль.

– Где ты перепрыгнула через турникет? Здесь?

Я заправила прядь за ухо.

– В Филадельфии. Один раз. Очень давно.

– А. Я просто думал, что ты никогда раньше не была в большом городе, – сказал он. – Ты не из Вегаса?

– Нет, я родилась не там, – сказала я и попыталась поднять матрас. – Так куда мы будем ставить эту штуку на день?

Бекетт взялся за другой конец и вместе мы прислонили матрас к стене между шкафом и дверью.

– Не самый красивый декор, – проговорила я.

– Все нормально, – отозвался Бекетт.

Я начала перекладывать свои скудные пожитки из мусорного пакета в купленную коробку. Бекетт занялся велосипедом. Мы оба молчали, но я каждую секунду ждала, что он спросит меня про Филадельфию или про мою семью. Тогда мне придется сказать, что мои родственники в двух часах езды на поезде, и тогда неизбежно возникнет вопрос: почему я не поехала к ним вместо того, чтобы занимать место в его крохотной квартире?

Но мне не пришлось ничего говорить. Он не стал задавать вопросов, только включил одну из своих пластинок – альбом Принса.

Около шести часов я стала перебирать скромную стопку своей одежды в поисках чего-нибудь презентабельного и не слишком помятого. Я никогда не слышала, чтобы инспектор куда-то приглашал подопечных вместе с членами своей семьи. Как будто нас ждал воскресный ужин, а не обязательный осмотр меня.

Я нашла черные легинсы и черную блузку, более-менее достойно пережившую пребывание в мусорном пакете, и взяла их в охапку.

– Я приму душ, если это нормально, – сказала я. – В смысле, если ты не хотел пойти туда первым?..

Бекетт поднял на меня взгляд.