– Ланс, а почему, когда ты раньше меня лечил, цвет твоей магии был зелёным, а к птицекрылке применил обычный огонь? Это из-за того, что не человек, а насекомое было?

– Нет. Моя магия по своей природе всегда имеет оттенки, присущие огненной стихии. Просто многие люди боятся красных всполохов, поэтому приходится, как бы «подкрашивать» в наиболее «безопасный» для восприятия цвет. Дома я этим фокусом почти не пользовался, ведь преимущественно имел дела с демонами, для которых первая стихия родная. Собственно, именно поэтому каждый из нас виртуозно умеет с ней обращаться, когда дело касается защиты или атаки.

Сюда же накладывается второй дар или предрасположенность к какому-либо делу. У меня это целительство, хотя отец очень хотел видеть из меня в первую очередь воина.

– Получается, что огонь – первая по своей силе стихия?

Ланс убрал очередной моток бинта в специальный жестяной ящик и принялся скручивать новый: – Не совсем так, Риона. Согласно общепринятой классификации, первым элементом стихий идёт огонь – изначальная энергия любого проявления, затем земля, ибо она – носитель огня, за ней – воздух, являющийся противопоставимым огню, но разжигающим его и, наконец, вода, которая взаимозависима с огнём.

Она способна погасить пламя, но оно, в свою очередь, может испарить её.

А вот по силе стихий на первом месте находится воздух, потому что без него не способен прожить никто, огонь обладает огромной разрушительной силой, в то время как земля – это в основном защитные свойства, а вода – самая слабая, потому как в силу своей изменчивости плоха и в защите, и в нападении. Вот так обстоят дела испокон веков. Конечно, умелые боевые маги или воины, принадлежащие любой из стихий, способны навалять и дать отпор любому противнику, но тут уже чаша весов качнётся в сторону того, кто обладает наибольшей мощью, либо мастерством, либо хитростью.

Но всё это уже вторично. Так, приготовились: я чувствую приближение первых «страдальцев».

В принципе, всё обстояло именно так, как я предположила. Первого пациента взял на себя Ланс, так как ему взрывом расщепило ладонь почти на две равные части, лишь чуть-чуть не дойдя до запястья. Поинтересовавшись, как же его так угораздило, выяснила, что тот в руках держал «пороховую палочку», но вовремя не сообразил, когда её следует отбросить от себя.

Сказала бы я ему, куда готова была в этот момент натолкать этих «палочек», но за малым сдержалась. Впрочем, судя по выражению лица Ланса, его посетила та же самая мысль.

Мне достался пациент «попроще»: всего лишь с ожогами век и роговицы левого глаза. Обработать кожу снаружи, потом заложить за веко специальную мазь... Это ещё колоссально повезло, что каким-то чудом на поверхность обоих глаз не попали инородные частицы.