Первым делом нужно было вытащить эту жирную свинью вместе с явно обоссанным спальником из моего багажника.

Намеренная концентрация

Даже самый долгий путь начинается с маленького шага. Если вы станете делать каждый шаг осознанно, то в конце пути будете чувствовать не измождение, а облегчение. Поэтому сфокусируйтесь при каждом шаге на том, что составляет суть этого шага:

1. Осознайте цель того, что вы собираетесь сделать.

2. Глубоко вдохните и выдохните.

3. Произведите действие спокойно и сконцентрированно».

Около шести часов вечера я снова въехал на участок у озера, убедился, что ворота за мной закрылись, проехал слева от дома и припарковался у эллинга.

Вышел из машины и удостоверился, что меня не видно ни с озера, ни с улицы.

Размерами эллинг был примерно как удлиненный сдвоенный гараж. В передней части бетонный пол, слева и справа стеллажи с инструментами и разными лодочными принадлежностями — более чем роскошно оснащенная столярная мастерская.

В задней части был устроен спуск на воду. Там стояла деревянная моторная лодка, на которой еще только сегодня утром я катался с Эмили по озеру.

Слева и справа от резервуара находились мостки, по которым можно было пройти к воротам, открывающимся на озеро.

Я распахнул их, прыгнул в моторную лодку и отвел ее к другому концу причала, чтобы закрепить там.

Вернувшись в эллинг, я закрыл ворота. Таким образом, рабочее пространство было более или менее подготовлено. Сейчас мне предстояло обратить свой взор на рабочий материал — на Драгана.

Когда я поднял крышку багажника — впервые за тридцать шесть часов, — мне в нос ударил отвратительный запах. Шикарный господин Гангстер обмочился, проблевался, испражнился, он уделал свою одежду и спальный мешок и, согласно законам биологии, стал разлагаться, начиная с пищеварительного тракта.

С большим трудом я смог сдержаться, чтобы меня не стошнило прямо здесь, рядом с машиной.

Я отошел на несколько шагов от машины — переждать, пока выветрится ужасное зловоние. Я попытался сконцентрироваться на приятных запахах из сада. Почувствовал смолистый аромат сосен у эллинга. Воздух с озера был прохладным и пах мхом. Со стороны эллинга доносились запахи резины, масла и бензина.

Чем яснее становились мои мысли и обоняние, тем четче я понимал, что труп должен исчезнуть без следа.

Я убил человека. Результат был отвратительным. Но изменить уже ничего нельзя. Сейчас я собирался оставить это убийство позади как можно скорее. Поэтому на участке не должно быть никакой могилы. Никаких костей, которые спустя месяцы или даже годы могли бы найти собаки-ищейки. Даже в качестве трупа Драган не мог более существовать. Вот моя сегодняшняя проблема, и у меня были силы на то, чтобы сегодня же разрешить ее.