В озвученные десять минут я уложилась, и когда распахнула входную дверь, убедилась, что поступила правильно, не став задерживаться ни на минуту: все гномы, как один, смотрели на часы, отсчитывая последние секунды. Что ж, буду теперь знать, насколько для них важна точность, и либо не озвучивать конкретные сроки, либо следить за временем.

- Приступим, - с улыбкой произнесла я, уверенная, что довольно быстро объясню мастерам то, что мне нужно и они приступят к выполнению заказа, а я займусь домашними делами, которых набралось довольно много.

Объяснила-то я быстро, но не учла одного - гномы привыкли к масштабным стройкам, поэтому без споров не обошлось. Пришлось сделать ещё одну заметку на память - эти существа очень упрямые, их трудно в чём-то переубедить, но если получается, то за качество работы можно не опасаться: сделают всё, как надо, в чём убедилась лично.

Портить общий вид дома пристройками не хотелось совершенно, поэтому было решено сделать приёмную в нескольких метрах от него, скопировав при этом стиль главного здания, и соединить небольшой крытой галереей, каркас которой планировалось возвести из лёгкого, но прочного металла, украсив коваными элементами.

Чтобы я могла бегать по ней туда-сюда даже зимой, не опасаясь замёрзнуть и простудиться, металлический каркас будут дополнять вставки из зеркального стекла, хорошо пропускающего свет внутрь помещения, но не позволяющего видеть сквозь него снаружи.

Идея мне пришлась по душе, поскольку воображение тут же нарисовало стеклянный рукав, соединяющий приёмную и дом, который впоследствии можно использовать как оранжерею, выращивая в горшках и ящичках редкие лекарственные растения даже в холодное время года.

Один из мастеров гномьего отряда ловко изобразил на бумаге то, что в итоге должно получиться, и я, любуясь ажурными металлическими плетениями и зеркальными переливами, поставила под проектом свою размашистую подпись, тем самым подтверждая согласие официально.

Работа у гномов спорилась, но я без дела не сидела тоже, помогая по мере своих скромных сил, например, пересаживая подальше от места строительства кустики белой и чёрной смородины, чтобы не отвлекать мужчин подобными мелочами.

От стука топоров и молотков звенело в ушах, но, что немаловажно, всю эту какофонию не было слышно ни на улице, ни в доме, поскольку мастера, прежде чем приступить к работе, закрепили по периметру двора и по углам здания специальные артефакты, создающие магический экран, поглощающий звуки, что радовало неимоверно. Хотя, судя по неспешным разговорам, которые умудрялись вести гномы между собой по ходу дела, лично им шум не мешал вовсе.