Валерик резко затормозил на перекрестке. Валентина Павловна отвлеклась и прочитала ему краткую нотацию о бдительности на дороге.
— Так, о чем это я? О пистолете, — продолжила она. — У меня было два мужа, оба служили в органах, так что всю подноготную о вашей ментовской жизни я знаю «от» и «до». Мой второй муж, царство ему небесное, был ветеран войны. С собой с фронта он привез два трофейных пистолета и этот, «ТТ». Как-то муж и Вьюгин выпивали у нас дома. Мой муж, а он очень уважал и ценил Сергея Сергеевича, расчувствовался и подарил ему «токарева». Он по пьянке все что угодно мог подарить, если человек ему нравился.
— Я ее за язык не тянул.
— Не язви, пожалуйста! Я тебя для серьезного разговора позвала. Скажи, ты что, считаешь, что это не Вьюгин убил Лебедеву? Откуда у тебя такая уверенность?
— Валентина Павловна, между вами и Ингой — пропасть в тысячу километров. Одно дело — я ей, за бутылкой водки, свои подозрения высказываю, и совсем другое дело — вам.
— Не получится. Ты уже по уши увяз в этой истории. Мой тебе совет: не ищи врагов там, где их нет. От того, что ты поделишься со мной своими соображениями, мир не перевернется.
Журбина положила свою ладонь мне на руку.
— Андрюша, у меня убили близкого человека. Я хочу знать, кто это сделал: бывший друг моей семьи или какой-то мой тайный враг.
«Да черт с ним! — подумал я. — Если Журбина ополчится против меня, то я знаю, как ей жизнь подпортить».
— Хорошо, Валентина Павловна, давайте поговорим о фактах, на которые никто не хочет обратить внимания. Для начала остановимся на кителе. Первого мая на Вьюгине был парадный китель, со всеми медалями. Его могли в любой момент вызвать к руководству, так что в гражданскую одежду он бы переодеваться не рискнул. Вывод: к Лебедевой он тоже ездил в парадном кителе. Сегодня его хоронили в повседневной форме. Парадный китель, тот, что с медалями, находится у него дома.
— Андрюша, ты еще такой молодой и зеленый, а уже самоуверенный, как мой покойный муж после стакана водки. Тебе не приходило на ум, что Вьюгин мог оставить китель с медалями в кабинете, а к любовнице на разборки поехать в повседневном кителе?
— Ну и что? Разве это что-то меняет? — не подумав, возразил я.
— Все меняет.
















Комментарии
Добавить комментарий